Год Водолея

На каком-то глухом разъезде все бросились к окнам – рядом с одноэтажным старым зданием вокзала времен строительства железной дороги был привязан настоящий живой верблюд, терпеливо дожидавшийся своих хозяев и равнодушно поглядывавший на легкую суматоху у вагонов. Он был такой важный и независимый, этот житель пустынь, что мать ужаснулась:

– Господи, куда нас нелегкая занесла? А Лида говорила, что тут Волга и поля нетронутых тюльпанов!

Волгу во всей красе они увидели после Саратова. Поезд, долго пробиравшийся мимо огромных дымящихся заводов, нефтеналивных баков, горящих факелов химкомбината, выскочил на простор прибрежной полосы с многочисленными притонами рыбацких лодок, свежего беспокойства манящей громады водохранилища, с невиданным размахом такого хрупкого среди зеленовато-черных волн и течения гигантского железнодорожного моста.

Когда глаза сами закрывались от мысли, что, если наш неторопливый поезд вдруг спрыгнет, сорвется с такой сумашедшей высоты вниз?

А отец смеялся, чистил внизу, на столике купленных на станции вареных раков, протягивал им наверх раковые шейки, которые, оказывается, были раковыми хвостами:

– Ну, что, путешественницы, половину страны проехали, может быть, дальше поедем, до самого синего моря?

А они с сестренкой отрицательно качали головами:

– Нет, мы хотим домой!

Злата очнулась, когда у калитки раздался пронзительный голос Ольги:

– Златка, ты там живая? Спишь до обеда! На тебя мою мамку надо наслать! Уже давно бы в огороде все грядки с картошкой пушила! Злата, да откроешь ты, наконец, свою калитку, или мне через забор перелазить придется?

Злата откинула крючок, взяла ключи и стала открывать замок, на который закрывалась старинная, еще с дореволюционных времен хорошо сохранившаяся дубовая калитка.

И, что интересно, закрывалась не снаружи, с улицы, а именно со двора, изнутри на тяжелую металлическую щеколду.

– У нас укрепления во дворе, как на случай обороны, – смеялся отец, а мать качала головой:

– Не любили гостей бывшие хозяева, вот и прятались за высокими заборами.

Ольга поставила на край кухонного стола тарелку с аппетитными пирожками, потянула Злату за край косы:

– А все-таки ты, моя подружка, – красавица! Не то, что я, – рыжая, широкая, коренастая! Где у наших пацанов глаза? Ешь пирожки, пока горячие! И приходи к нам сегодня вечером в девять часов на проводы.

Валерку забирают завтра утром в армию. Приехал на каникулы из своего института, а вчера принесли повестку.