Нешкольный роман, или Педсовет будет во вторник

Вот молодёжь, подумал Влад, имеют свободу любить кого хотят, хоть и с ограничениями, на будущее надеются, а тут вообще не понятно, есть шанс или нет. А то может и начинать не стоит. Алёна вон тоже сначала глазки строила, завлекала, квартиру ей снял, а как узнала, что  физрук в школе, так сразу манатки собрала и ушла не попрощавшись.

Макс подпирал дверь медпункта. Там мать с Лизой разговаривала и его не пустили.

И чего она к ней цепляется, Лиза почти взрослая, школу закончит скоро, а та её всё пилит и пилит.

Ну не хочет девчонка учиться, так не пилить надо, а заинтересовать, а ещё учитель называется. Хотя, она учитель истории, может в этом всё дело, живёт тётка прошлым, а уже 21 век на дворе. Макс вздохнул и тут же отскочил от двери – Лиза, наконец, вышла, с пластырем на лбу, но, почему-то довольная.

– А, это опять ты, ну привет, – Лизка заметила Макса. – Тоже пластырь на лоб хочешь, дверь подпирал стоял? – подколола она парня.

– Привет, Лиза. Как ты? – Макс пропустили её слова мимо ушей.

– Да нормально все, не видишь сам что-ли, пластырем обошлось.

– А как тебя угораздило?

– Любовь, мой дорогой, – весело засмеялась Лизка и умчалась на первый этаж.

Любовь? При чем тут любовь? И к кому? Не к физруку же, он старый, ему поди за сорок, если не все пятьдесят. Что она несёт? Любопытство взяло верх и Макс побежал догонять Лизку.

Они столкнулись на первом, возле раздевалки. Лиза, с курткой в руках, резко обернулась и попала в объятия Максима.

Они стояли и смотрели друг на друга, пока завуч не разрушила идиллию:

– Лиза, всё в порядке? – спросила она девочку.

– Да, Наталья Семеновна, всё хорошо, спасибо. А потом вырвалась из рук Макса и убежала одеваться.

Лиза быстро шла в сторону дома. Медсестра разрешила ей уйти. Её трясло от возмущения. Опять этот Макс. Прямо преследует её. Ему что, в своём классе девчонок мало? Это даже хорошо, что её с уроков отпустили, а то сидела бы сейчас на совмещенном инязе с этим прилипалой.

Одиннадцатых классов осталось всего два, человек по 15 в каждом, и иняз, разделённый на немцев и англичан, проводили сразу у двух классов, чтобы учителя время на "три с половиной" ученика не тратили. Обе подгруппы с классов вместе хотя бы немного напоминали полный класс. Макс ожидаемо сидел за Лизой, и она прямо кожей чувствовала, что он на неё пялится. Это и льстило ей и доставляло душевный дискомфорт. Не до амуров сейчас, ей бы мать пристроить.