Наяву

И я вспомнила.

– Слушаю Вас.

– Моя Полиночка в последнее время, когда я ей звонила, была очень веселой, даже слишком, как мне казалось. Когда я спрашивала ее, в чем дело, она говорила, что у нее появилось какое-то хобби, и хоть она от него устает, ей оно очень по душе. Она не рассказывала, чем именно занялась. Но как-то обронила фразу, что пока ей нельзя много спать… Что-то в этом роде. Тогда я не придала значения ее словам, думала, может, танцы какие. – Женщина снова всхлипнула и засобиралась.

– Что ж, Вы нам очень помогли, – Быстрыкин задумчиво смотрел ей в спину, пока не захлопнулась дверь.

«Хобби? Какое хобби? Лежать без движения под наркотиками? И при этом не спать и не есть? Зачем? Только этого нам не хватало, но это действительно может помочь следствию».

Быстрыкин вновь открыл папку с заключениями экспертов и результатами обысков. Следов нет, биоматериалов нет, отпечатков нет, но есть три трупа и наркотики. И отказ от сна.

Он задумчиво уставился в окно, покусывая губу, а затем потянулся к телефону.

– Анна Леонидовна, добрый день. Следователь по делу Вашей дочери беспокоит. Скажите, Дарья не говорила о каком-то новом хобби в последнее время?

Глава 1

Алёна приходит в себя

Я открыла глаза от резкой головной боли и сильной жажды. Прямо надо мной склонилась пожилая и очень худая женщина. Толстый слой тонального крема только подчеркивал её глубокие морщины. Красная помада, выходящая за контур тонких губ, дополняла неприятный образ. По застиранному, некогда белому халату я догадалась, что она медработник.

Заметив, что я проснулась, «старуха Шапокляк», как я мысленно её прозвала, неожиданно крикнула почти мужским басом:

– Она очухалась!

Я дернулась от неожиданности и с ужасом поняла, что не могу пошевелиться. Руки и ноги были крепко привязаны к кровати!

– Прокапаем её, да и всё. Глюкоза ещё никому не навредила! – протискиваясь в палату, ещё громче прокричала вторая медсестра.

«Господи, ну зачем же так орать!» – скривившись от слишком громких голосов, подумала я.

Тучная, с короткой завивкой, вошедшая медсестра напомнила мне Фрекен Бок. С детства не могу избавиться от привычки сравнивать незнакомых людей со сказочными персонажами или героями мультфильмов.

– Что со мной? Почему я связана?! – вместо нормальной речи я издала какой-то жалкий писк.

Я вдруг заметила, что из моей правой руки торчит игла капельницы.