Москит. Смерть идет на принцип

От чего, после чего, почему так быстро забрали, и, главное, куда отвезли…

– В монастырь, – негромко повторил Илья, осматриваясь в действительно удобной палате. – Бесов изгонять. Кто из них умом тронулся, я не понял – Валерка? Его брат? Или оба сразу? Это ж надо вообще мозга не иметь, даже спинного… Галлюцинации и паранойя с непрерывным течением. Такой по башке топором даст, и ему ничего не будет, ибо галлюцинации… На бесов все свалит.

– Ну, что? – возникла в дверях Ирина Николаевна, она приветливо улыбалась посетителю и крутила в пальцах телефон, – берете? Вам на сколько – месяц, полтора?

– Я не знаю, – сказал Илья.

 – А на сколько надо? Сколько… лечение длится?

– Кому как, – завотделением шагнула назад, Илья вышел за ней в коридор, смотрел, как та запирает дверь вип-камеры для богатых шизофреников, как убирает ключи в карман халата и поворачивается к посетителю.

– Кому как. Кому две недели хватит, на реабилитацию, кому и полгода мало. Курс – двадцать один день, сами думайте.

– Хорошо, как скажете, – ответил Илья. С минуту по коридорам мимо наглухо задраенных дверей шли молча, потом он решился и задал, наконец, давно рвущийся с языка вопрос.

– И вот еще что, я вас спросить хотел. Если человек не болен, на голову, в смысле, не шизофреник, не псих, а просто… Один раз решил, что не хочет жить. И попытался убить себя. Его тоже… в общую палату положат? Где… ну, все эти?..

Проходили как раз мимо палаты с наиболее активными обитателями психиатрической больницы, поэтому Ирине Николаевне пришлось повысить голос:

– Нет, что вы, таким место не здесь, а в психосоматическом отделении.

Тоже закрытого типа конечно, и тоже при круглосуточном наблюдении. Но у них и препараты полегче, и режим другой, но тоже строгий.

– Строгий? – переспросил Илья, пытаясь вникнуть в смысл произнесенного в данном контексте слова.

– Конечно, а как же иначе? – искренне удивилась завотделением. – Человек пытался свести счеты с жизнью, следовательно, от него можно ждать чего угодно.

Лечение недолгое, месяц, не больше, затем он наблюдается амбулаторно по месту жительства, но в случае повторения попытки самоубийства возможна принудительная госпитализация. И последующая постановка на учет к психиатру, разумеется. А при поступлении в больницу по любому поводу, в графе «история жизни» всегда будет стоять запись о попытке суицида. Отношение медицинского персонала к таким больным будет, мягко говоря, специфическим.