Когда сбываются мечты…

После университета в своем активе она насчитывала очень приличный английский, плохой немецкий и совсем плохонький французский. Этого было более чем достаточно, чтобы чувствовать себя комфортно в любой туристической зоне. Лена всегда с удовольствием болтала с персоналом гостиниц, торговцами на рынках, и всеми остальными на английском, чтобы поддерживать его. По-русски старалась не говорить совсем, справедливо полагая, что так интереснее. Ей даже часто не верили, что она русская, а потом обязательно спрашивали: «Скажите, мадам, почему русские не хотят говорить по-английски?».

Кстати, этот вопрос Лена и сама часто задавала себе, ведь у нас в стране английский язык всегда являлся необходимой частью школьной программы, и учили ему всегда неплохо. Сама же себе она отвечала, что в российской школе и даже в институте учат чисто академическому английскому и не преодолевают барьер перед разговорной речью, не умеют «разговорить» школьника или студента. Егор у Лены, кстати, закончил двуязычную спецшколу и с помощью Лены и отличного частного репетитора спокойно болтал на английском и французском, ничуть не пугаясь собственных грамматических ошибок.

Являясь опытным путешественником, Лена всегда собиралась в дорогу быстро, так как имела под рукой все необходимое, чтобы из зимы было легко переместится в лето. Неизменным атрибутом ее путешествий являлась огромная синяя шляпа с цветком на тулье, так выцветшая под солнцем разных стран, что казалось, она сделана из вытертой джинсы. С грустью подумав, что шляпа, наверное, переживет свою хозяйку, Лена засунула ее поверх вещей в чемодан.

– Егор, что тебе привезти из Египта? – спросила, чтобы не нарушать традицию, тоже пакующего вещи сына.

– Привези мне кого-нибудь живого, обезьянку, или попугая.

– Во-первых, животных не из одной страны мира нельзя вывозить, во-вторых, ты думаешь, в Египте есть обезьяны или попугаи? – с сомнением спросила Лена.

– Привози, что хочешь, я тоже что-нибудь привезу. Мне уже пора выходить.

Лена с Гномом проводили Егора, снабдив его стандартным набором советов, которые он выслушивал при каждом своем отъезде, начиная с десяти лет. При мысли, что, скорее всего, она видит сына последний раз, на глаза у Лены наворачивались слезы, которые были списаны на горечь прощания.

– Послушай, по-моему, за последние дни ты здорово похудела, хорошо выглядишь, – сказала мама.

Надо сказать, борьбу с лишним весом Лена вела столько лет, сколько себя помнила.