Вся собачья жизнь

Она потихоньку начинала нервничать – им с Гектором предстояло скоро отрабатывать «двойку» с участием вальяжного Юры.

На старт вызвали худенького паренька с огромным ротвейлером. Следующими должны пойти наши.

Судья в мегафон поинтересовался, готовы ли фигуранты и участники, и скомандовал:

– Начали!

Крупный ротвейлер неожиданно быстро для такой-то туши догнал убегающего человека, и, проигнорировав выстрелы, вцепился в рукав.

Собака трепала фигуранта уже достаточно долго, но Юра не торопился «нападать» на тщедушного хозяина.

Так и сидел, привалившись спиной к щиту, свесив голову на грудь.

– Совсем обнаглел, – прошипела Света. – Собака первого отработала, сколько можно тянуть-то? Это он нарочно, паразит!

Судья тоже заинтересовался необычным поведением фигуранта.

– Второй пошел! – рявкнул он. – Уснул что ли? Юра!

Тот никак не отреагировал, даже не пошевелился.

– Прекратить!

Первый фигурант замер на месте, паренек отозвал ротвейлера.

Света всплеснула руками.

– Нет, ну вы поглядите, что этот гад делает! Собака перегорела, сейчас даже если повторный пуск разрешат, так хорошо он уже не выступит.

А ведь реальный претендент на призовое место. Ну Юрик, ну скотина!

Среди болельщиков согласных с такой версией событий было большинство. Раздавались возмущенные крики и ропот.

К Юре, не реагирующему на недовольные зрительские вопли и крики судьи, направились два боковых арбитра. Подойдя вплотную к строптивому фигуранту, один из них – высокий жилистый дядька – схватил его за плечо и довольно резко встряхнул.

Юра мотнулся за дядькиной рукой и вдруг медленно, словно опять делая одолжение собравшимся, повалился на бок.

Второй судья, шустрая невысокая тетечка, наклонилась к нему и вдруг отпрянула, зажав рукой рот. Дядька растерянно озирался по сторонам.

Почуяв неладное, вокруг них стали собираться зрители.

Мы со Светой одновременно крикнули: «Сидеть!» – она Гектору, а я сыну – и тоже бросились в густеющую на глазах толпу.

Юра лежал на боку, скрючившись, и издалека походил на сваленную как попало кучу телогреек.

Он терялся в недрах стоящего колом дрескостюма, видна была только голова, на которой не было защитного шлема.

Он прижимался левой щекой к свалявшейся траве и смотрел неподвижным взглядом на ворох желтых листьев прямо перед своим носом. На правом виске темнела начинающей подсыхать кровью маленькая аккуратная дырочка.

– Вот ни фига себе! Это как он так? – Света растерянно посмотрела вокруг.