Шут герцога де Лонгвиля

(А мне какое дело, -

Бумажный я, да, да!)

Иду, совсем понурый,

Весь мокрый и больной,

Отчаянный и хмурый,

С ободранной спиной.

На мне рисуют дети

Большой красивый дом…

И тут я просыпаюсь…

(Скажите, я о чем?!..)

Когда он закончил, замерев в позе глубокой философской задумчивости, Франсуа зааплодировал ему, и Анри раскланялся:

– Спасибо! А теперь услуга за услугу, помоги мне разобраться, в чем успех подобной чепухи?

– Ну… – раненый товарищ подумал мгновение и высказал свое предположение: – Потому что она веселая?

– Да, наверное, поэтому, – Анри сразу как-то сник.

– Э, почему ты опять загрустил?

– Да так… Задумался над тем, как выбраться из этого капкана… Не обращай внимание. У меня зачастую очень быстро происходит смена настроения.

– Ничего, я немного оклемаюсь, вместе будем искать выход.

– Благодарю тебя, мой друг! – смешно расшаркался Анри. – Я сделаю из тебя тайного разведчика и подошлю к герцогу… Кстати, вот еще один вопрос, который меня мучает: какой прок господину герцогу издеваться над прислугой? Или взять хотя бы твоего «господина Жана».

Что за радость ему от твоих злоключений?

– Знаешь, – печально промолвил Франсуа. – Есть люди, которые живут до тех пор, пока в силах сделать другому зло. От своих гадких деяний им становится легко и весело на душе. Они могут дышать воздухом и слушать пенье соловья, только будучи уверены, что другому человеку в этот момент плохо.

Но ничто для них не может идти в сравнение с непосредственным созерцанием человеческих мук и страданий. В этот момент они абсолютно счастливы. Проще говоря, милый мой, эти люди – хищники. Их нельзя переделать. Их можно только истребить. Но таких много, а оружия против них еще не придумали. Так что есть два способа общения с ними: либо взбунтоваться, – что к хорошему итогу для тебя не приведет, – либо терпеть.

– Как это делаешь ты? – не выдержал Анри. – Мудрый философ, который предпочитает трястись от страха в углу, не смея вырвать у змеи жало!

– Смешной ты! – слабо улыбнулся приятель.

 – Я больше тебя был бит этой жизнью, поэтому слушай меня. Не вздумай сопротивляться!

– Это еще почему?

– Таких не любят.

– Вот и прекрасно! Может, я именно этого и добиваюсь! Герцог разозлится и вышвырнет меня!

– Боюсь, он распорядится тобой иначе. Ты только отсрочишь свой уход, либо сделаешь его и вовсе невозможным.