Злодейка 2

В Праводефьи Магия сконцентрировалась в очень малых количествах, поэтому при опустошении источника очень медленно восстанавливалась. Анька, как и я, подумала, что для обороны нам понадобится много сил, поэтому мой резерв решила не трогать.

– Уходи, – сестра кивнула Винере на окно. – Иди вместе с Кацо и Флюшей.

– Взять! – скомандовал мужик, но Ане уже установила толстенький барьер между нами и стражей.

Винера выпрыгнула в окно, а мы с сестрой бросились к главному входу. Ожидаемо, там нас ждал сюрприз из баб с кочергами, коромыслами и лопатами.

Я махнула правой рукой, прошептав себе под нос заклинание. Тетки повалились, как поверженные деревянные солдатики.

– Что за старомодный способ – сжигать ведьм? – слегка задыхаясь, спросила я Аньку.

Она бежала за мной и не отставала.

– Вот что случается, когда выгоняешь чародеев из страны.

Мы похихикали. Завернули за покосившуюся избушку, чтобы отдышаться.

– Сколько еще резерва?

– Чуть меньше половины.

На управление Кацо и Флюшей еще потратилась.

– Если нас поймают, хватит на оболочку?

– Должно.

– Бежим?

Ане кивнула, и мы снова бросились прочь из столицы, но выходы из города перекрыли. Перед нами стоял сложный выбор: применить Магию и попытаться сбежать, но в случае неудачи Аньке не укрыться от огня; или сразу сдаться, залезть в оболочки и ждать, когда она спадет, а это может продлиться долгие месяцы.

Толпа разгневанных женщин и стражников не давала здраво обдумать положение, они давили и прижимали нас к стене позора на выезде из города.

– Держи эту погань! – истерично заверещала тетка в засаленном фартуке, замахиваясь кочергой. – Это она и ее такая же паскудная сестрица мужиков наших сдурновали!

Я оскалилась и зашипела, как кошка, загнанная в ловушку. Мы с Ане телами вдавились в прогнившую чернотой стену, а напротив нас гремела и искрилась от ненависти толпа разъяренных бабищ.

– Ксунушка, – опасливо сухой мужичонка потрогал тетку за левую грудь.

В сердце, видать, целился. – Ну ведь они ничего не сделали. Выгоним из городу их, да и дело с концом.

– Цыц! – гаркнула Ксунушка, но руку с груди не убрала. – Тресну тебе как сейчас! А кто давеча от меня уйти к этой хилой собирался?

Мужик, расслабившись от снисходительности своей женщины, то ли осмелел, то ли захотел еще больше расположить ее к себе, оттого сказал:

– Ведьма попутала меня, голубушка моя ненаглядная.