Бабки

– Вор, забравшийся в дом, осмотрит все его тайные уголки и не уйдет, пока не разгромит все, даже если не найдет ничего для себя ценного. Да, я уверена, что они дойдут и до нас. Они уже на пороге. И, уж поверьте, стучаться они не будут, а откроют дверь своим сапогом с широкого размаха ноги.

– Мы сможем дать им отпор? – спросила Шура.

– Милосердие им неведомо. Им все равно, кто будет перед ними: солдат или девица такая, как ты, Шурочка, – сказала Ягарья, – они давят всех русских… – она задумалась. – Чем сможем, защитим себя.

Если придется – будем убивать. Но мы – всего лишь горстка женщин, бабы, которые умеют немножко больше остальных. Против техники мы бессильны, против оружия мы все равно, что дикари в Африке.

Баба Феня с большим трудом встала из-за своего места, чем тут же приковала к себе взгляды всех, кто сидел за столом.

– В те моменты, – сказала она, – когда враг будет угрожать вам или вашим близким, забудьте всему, чему мы учили вас раньше. Пролейте на него всю свою ярость, докажите, что не зря люди нас ведьмами прозвали.

Но те из вас, кто не может сотворить ничего, чем можно нанести урон, прячьтесь. Твоими руками, Танюша, – Филипповна повернулась к Тане, – врачевать надобно, а не врага душить. Не справишься ты. Потому не рискуйте, – взор старушки направился на Машу. – Маруся, не жди беды. Только заподозришь неладное, ты знаешь, что делать, детка.

Баба Феня села. В комнате воцарилась тишина.

– Если кто захочет уехать, – сказала, не вставая, Ягарья, – я пойму.

– Как скоро придет и к нам… война? – спросила одна из женщин.

– Скоро. До конца лета немцы будут здесь, – ответила Павловна. – Станции скоро не будет. Бежать не будет возможности.

– Типун тебе на язык, Павловна, ей-богу, – сказала раздраженным голосом Галина Степановна. – Ну куда нам бежать? Наш дом уж давно здесь. Как бы люди его не называли, это – наш дом. И никуда мы отсюда не денемся. Дочерей и внучат наших маленьких, – она посмотрела на деток, хотя среди них не было ее кровинки, – отстоим.

Спрячем, а надо будет – глотку врагу перегрызем за них. Уж извини, а мы много чего умеем. Таких проницательных глазок как у тебя и у… Настасьи, – Степановна впервые улыбнулась Насте, – нет, пожалуй, больше ни у кого на всю Россию. Вспомним наших предков. Не все они были добрыми, так что, коль придется, то и порчу навести сумеем. Поди не забыли, как оно делается…

Ягарья Павловна одобрительно кивнула Галине.

– Да поможет нам Бог, – сказала она.