Развод. Я прошу, возвращайся

– Яна, вы действительно думаете, что у нас с вами нет повода вести беседу?

Теперь уже я взглянула на мать Арины и Стаса. По ее непроницаемому холодному лицу было невозможно что-либо понять.

– Уверена, что Дима рассказал вам правду, – после небольшой паузы, во время которой Яна о чем-то раздумывала, ответила она.

– Какую правду? – уточнила я.

– Такую правду, какая есть.

Она отошла к кухонному гарнитуру и оперлась на него бедром. Смотрела прямо на меня, и я физически чувствовала, что она видит во мне соперницу.

– Я родила Арину и Станислава от Алексея. Но он очень любит свою жену, поэтому отцом вызвался быть Дима. Дети считают его таковым, и пусть так и остается.

Прекрасно… А меня спросили, что я об этом думаю?

– Как вы познакомились с Алексеем Денисовичем? – не став уходить в дебри выяснения того момента, что Яна думает о наличии у Димы законной жены, спросила я.

И увидела, что заданный вопрос выбил почву из-под ног Яны. А свекор и вовсе покраснел, как буряк.

– Это было давно. Мне понадобилась помощь на улице. Алексей мне помог, – ответила Яна после паузы.

– Какого рода помощь? – этот вопрос я адресовала свекру.

– Яне нужно было помочь донести тяжелую коробку, – прошелестел Алексей Денисович.

– И Леша проводил меня до дома, я напоила его чаем.

Мне показалось, что в глазах Яны засверкали искры веселья. Она потешалась над всей этой ситуацией. А может, надо мной.

– Ну и как-то у нас закрутилось, а потом родилась Арина.

– Вы знали, что он женат? – продолжила я расспросы.

– Знала. Я не в ответе за желания мужчин, которые в браке, – с нажимом сказала она. – Понимаете, Татьяна, некоторые настолько не удовлетворены семейной жизнью, что ходят налево.

Я поджала губы. Что несла эта женщина? Насколько мне было известно, как раз Алексей Денисович на все сто процентов был счастлив со своей супругой…

– А вы точно об отце своих детей? – спросила я, приподняв бровь.

На что Яна как-то странно рассмеялась и ответила уверенно:

– Я точно об отце своих детей.

Так, все. Мне надо что-то с этим делать. Находиться здесь и дальше и выслушивать все это – ниже моего достоинства. Все, что мне было нужно, я уже услышала. Только это ясности не внесло ни на йоту.

– Алексей Денисович, ситуация вышла из-под контроля и вы это прекрасно понимаете, – обратилась я к свекру. – Все тайное уже стало явным. Дети страдают, когда их мать лежит здесь без задних ног.