Игра Лучезарного

 – Что вспомнила?

– Все! – Из-за плеча красавчика показались полные печали глаза блондина. – Этот мир. А самое главное, меня и… и его. Ты здесь была. И ты нас очень хорошо знаешь!

– И что еще? – Хм, может, именно поэтому, увидев их, я не испугалась и не удивилась? Может, все так и было, как сейчас говорил этот парень?

Помассировав пульсирующий висок, прислушалась к себе, но ни единое воспоминание не всколыхнуло душу.

– Я твой ангел – Васиэль, а это демон… мм… зови его просто – Алекс.

– Значит, ангел и демон? Васиэль и Алекс? – уточнила я и, не дожидаясь ответа, нервно захихикала.

Сейчас окажется, что это сон… а я еще сплю. И вот-вот прозвенит будильник… и я все забуду!

Смерив меня внимательным взглядом, мачо нахмурился. Запустил руку за спину и, вытащив упирающегося блондина, посоветовал:

– Не томи! Скоро наше убежище разрушится. И к тому времени нам нужно точно знать, что делать!

– Это ты к чему? – насторожился Васиэль, тут же становясь предельно серьезным.

– Если ты сейчас вернешь ей память и я узнаю то, что хотел, возможно, отпущу вас в мир смертных.

А если до того, как ты это сделаешь, охраняющая нас «Твердь» разрушится, этот мир заставит Брилл применить броню.

– И что?

– И то! – передразнил темноволосый. – Тогда вы застрянете здесь надолго.

– Это еще почему? – похлопал длинными ресницами Васиэль.

– Потому, что я так сказал, – отрезал Алекс и лучезарно улыбнулся скуксившемуся ангелу.

– Вот я как знал, что ты меня обманешь! Нельзя верить демонам! Хотя… – Блондин задумчиво поскреб подбородок.

 – Ты не станешь клятвопреступником, и тебе все равно придется вернуть Тамару, а значит… ты для чего-то тянешь время?

– Да делай же! Вот мучение! – Темноволосый тревожно взглянул на истончающуюся крышу.

– А если она опять того?.. – Васиэль подошел ближе, но в шаге остановился, с опаской поглядывая на меня. – Драться станет?

Алекс не сказал ни слова. Просто посмотрел мне в глаза.

– Вообще-то я привыкла, что меня понимают с первого раза! – Смущенно отведя взгляд, я пожала плечами.

 – Ладно, ради дела потерплю.

– Чего потерпишь? – насторожился блондин, отдернув от меня руки с такой скоростью, будто я стала обрастать малиновой чешуей.

– Твои объятия! – фыркнула я. – Хотя что-то мне подсказывает: моя амнезия тоже твоих шаловливых ручонок дело?

– Ха, ты даже не представляешь, любимая, насколько ты права! – хохотнул темноволосый.

Скромно не заметив слова «любимая», я насторожилась.