Как выйти замуж за Феникса

Рядом почтительно застыли провожатые.

Я быстрым шагом направилась к ним по выложенной красными камушками дорожке. Заметив еще одну свидетельницу ее горя, девушка перестала жалобно бормотать, размазывая по щекам слезы, и недовольно уставилась на меня. Обогнув селян, я остановилась рядом с Ником и мило улыбнулась не спускавшей с меня мрачного взгляда девице.

– Мое почтение! Примите мои…

Но девица, не дослушав меня, вдруг бросилась Нику на шею:

– Пожалуйста! Помогите! Оживите моего папеньку!

Гм… какие припадочные нынче пошли селянки…

Ник терпеливо выдержал объятия и даже утешающе похлопал страдалицу по спине, затем, отступив, серьезно поинтересовался, буравя ее ехидным взглядом:

– А что… он уже начал смердеть?

– Что? – Девушка явно не поняла юмора и истово перекрестилась.

 – Нет! Нет, конечно! Он жив, но спит!

– Значит, нужно только разбудить? – В голосе моего попутчика послышалось нескрываемое разочарование. – Жаль. За воскрешение целители берут плату побольше. Вот только последствия непредсказуемые.

– Какие последствия? – Девица захлопала ресницами так быстро, словно собиралась взлететь.

– Разные… – По губам Ника скользнула улыбка и тут же пропала. Отодвинув девицу, он, не разуваясь, шагнул в дом.

Я помедлила секунду и направилась следом.

Нам открылся длинный коридор и шесть дверей в ряд. На каменных стенах по обе его стороны крепились массивные подсвечники, на которых, сияя робкими огоньками, доживали свои последние часы молочно-белые свечи. Потеки воска залили бронзовых ангелов, державших оплавленные свечи на своих плечах, и никто не торопился снять воск, никто не желал заменить умирающие огоньки новыми свечами.

Огромный дом словно вымер. Но даже этот скудный мерцающий свет не помешал мне разглядеть массивные, украшенные металлическими вставками двери. Пять оказались заперты, и лишь одна, в самом конце коридора, была открыта. Оттуда доносилось не то рыдание, не то бормотание.

Ник бросил на меня быстрый взгляд, и мы не сговариваясь решительно направились на звуки.

Картина, открывшаяся нам, тоже не внушала надежды. В центре полутемной комнаты, освещенной огоньком единственной свечи, на высокой кровати лежал богато одетый мужчина, а возле него, закрыв лицо руками, всхлипывала худенькая женщина.

– И вправду можно принять за покойника, – ни к кому не обращаясь, буркнул Ник и прошел к постели.

Женщина испуганно вздрогнула, развернулась к нему и замерла, не отводя настороженного взгляда.