В тихом Эшфорде…

Он поседел и пополнел, тогда как Дороти мало изменилась: она была всё так же грациозна и хороша собой, а несхожесть характеров лишь усугубляла эту разницу. Мистер Хьюстон был довольно старомодным в быту человеком, и малейшая перемена в жизни вызывала у него если не стресс, то чувство острого внутреннего дискомфорта. Именно поэтому он старался ничего не менять в доме: вся мебель, кухонная утварь, зеркала, вазы и канделябры служили хозяину с незапамятных времён. Супруга же была полной противоположностью мужа: она с большим интересом следила за всеми модными веяниями и яростно стремилась к новизне во всём, что её окружало.

Однако за годы совместной жизни с Эдвардом она поняла, что мечтать о каких-либо существенных преобразованиях в доме бессмысленно, и решила переключить всю нерастраченную энергию на свой внешний вид. К счастью, мистер Хьюстон ничего не имел против её желания одеваться по последнему слову моды и красоваться в своих изысканных нарядах перед другими представительницами высшего общества Эшфорда. Напротив, он всячески поощрял стремление супруги выглядеть модно и никогда не отказывал ей в деньгах. Как и все уважающие себя женщины в городе, Дороти часто наведывалась в Лондон. Её завораживал стремительный ритм жизни столицы: она органично чувствовала себя среди бурлящего людского муравейника и ревущего потока машин, заполонявшего широкие лондонские улицы. Порхая по театрам, ателье и чайным, миссис Хьюстон получала новый заряд энергии, а посещение престижных магазинов на Риджент-стрит[3 - Риджент-стрит – улица в лондонском Вест-Энде, известная своими бутиками и магазинами. ] стало для неё не только удовольствием, но и своеобразным ритуалом. Даже если Дороти возвращалась из Лондона лишь с парой приобретённых мелочей, она всё равно ощущала свою причастность к высшему свету столицы, и это поднимало ей настроение.

Несколько лет назад в Эшфорд перебрались супруги Олдриджи и открыли здесь магазины «Фэшн Хаус» и «Леди Шарм», быстро обретшие популярность среди местных модниц.

Лишь только одежда и шляпки последних европейских фасонов появлялись в столице, они тут же становились доступными и в магазинах предприимчивых супругов. Неудивительно, что миссис Хьюстон превратилась в их постоянную клиентку и очень скоро познакомилась с Олдриджами лично. Ей льстило, что Фрэнк и Бетти, которых едва ли можно было причислить к открытым и общительным натурам, всегда охотно принимали приглашения на их домашние приёмы.