Частный визит в Париж

– У домработницы нет своих ключей?

– Нет. Я ей обычно открываю, если месье Дора нет дома.

– Она сегодня приходила?

– Конечно, она всегда приходит по понедельникам.

Старая облезлая собачка молча покрутилась у ног мужчин, обнюхивая их, и со вздохом улеглась возле ботинка Реми. Она, должно быть, доверяла своей хозяйке, считая, что раз уж та позволила людям войти в дом, то не стоит их облаивать и даже можно бесстрашно примоститься возле незнакомых ног.

– Я просто неправильно выразился, – мягко и почти нежно заговорил Реми, – я хотел сказать, мадам Вансан, что вы следите за порядком в квартире месье Дора.

– Так можно сказать, – величественно согласилась удовлетворенная мадам и вдруг встрепенулась: – Так что же случилось с месье Дором?

Ее глаза беспокойно заблестели, и крупная брошь с камнем, скреплявшая большой кружевной воротник на ее темно-синем платье, тревожно сверкнула красным огнем.

– Он пропал. Не спрашивайте меня, что и как, я не знаю.

Я пока пытаюсь найти хоть какой-то возможный ход, направление, в котором можно вести его поиски…

– А я смотрю, вот уж несколько дней его что-то не видно… А он, оказывается, пропал!.. Хм. И что же вы об этом думаете?

– Я вам уже сказал, мадам Вансан, я пока ничего не думаю.

– Может, он снова запил? Запрятался куда-нибудь со своими приятелями? Такое с ним бывало, я могу вам это сказать. Раз – и исчезнет на несколько дней… Потом появится, виноватый: тут и домработница приходила, тут и почтальон меня беспокоил, и я, разумеется, беспокоилась… Не предупредит, ничего не скажет, исчезнет, – а я давай соображай сама, что цветы полить надо или еще что… Как-то холодильник потек, я мастера вызывала, а месье Дор только через четыре дня появился.

Другой раз я продукты повыкидывала из его холодильника, все попортилось. Мари велела все вымыть внутри…

– Это домработница Мари?

– Да, студентка… Мари все вымыла, а я еще продуктов ему свежих накупила.

Он, конечно, мне всегда деньги вернет, тут я спокойна… Я его вкусы-то знаю. Иногда ему готовлю даже, когда он неважно себя чувствует. Когда он нормальный, так он сам себе готовит или в ресторане обедает.

– И, как я вас понял, вы это делаете из дружеских чувств?

– А что вы, молодой человек, думаете? Мы здесь почти четверть века соседствуем, на одной площадке.