Силы небесные, силы земные

Мебелюшка эта «козеткой», кажется, называется. Она выглядела антикварной, но плотный шелк обивки был новым, на красном дереве – ни царапинки. То ли мебельщица козетку отреставрировала, то ли сама соорудила…

Сбежала, ну и ладно. Он ее найдет, если понадобится. Вот понадобится ли?..

Он был сильно разочарован: во время борьбы она потеряла линзу, и оказалось, что она кареглаза. А ему нужна шатенка с голубыми глазами! Как та.

Его идеал. Его русалочка.

Он сидел на козетке и думал. Он не торопился – был уверен: она напугана и не скоро отважится вернуться домой.

А полиция сюда не придет, даже если она заявила. Он знал, как это происходит: заявление у нее примут, но никто и пальцем не пошевелит. Покушение – не преступление, трупа нет, изнасилования нет. Никто не пойдет ночью в ее квартиру осматривать место нападения.

Ну а если вдруг… Он услышит лифт, у него прекрасный слух (а стенки в панельных домах чуть толще картона), – и успеет уйти.

А пока ему нужно принять решение. Поэтому он сидел и размышлял.

Все в ней, абсолютно все – кроме цвета глаз – совпадало. И рост, и нежно-чувственная форма губ, и волосы, и…

И, самое удивительное, – имя.

Он ощутил, как в нем снова поднимается мощная волна желания. Ведьма, ведьма, прикинувшаяся той, которая ему нужна!

Но она – не та. С ней ничего не получится. Так что не стоит и время на нее тратить.

Он натянул перчатки, встал, осмотрелся. Квартира двухкомнатная, но комнатенки смежные. Там, в глубине, тесная спаленка, больше похожая на альков; комната побольше выполняла функции и гостиной, и кабинета: справа от входа козетка с маленьким столиком перед ней, тоже красного дерева, напротив красиво выложенный искусственный камин, над ним большой экран телевизора; слева старинное бюро с множеством ниш и ящичков.

На столешнице ноутбук. Квартирка ладная, как ее хозяйка, и такая же чувственная. Откуда пришло ощущение чувственности, он не понимал, но оно было явственным.

…А может, получится? Она вызывает у него желание – почему же не получится?

Так это сейчас, когда в нем еще не остыл жар… А потом – случится облом, стыдный облом.

А если она будет в линзах своих голубых? Он может заставить ее надеть, когда она окажется в его власти! Чем не решение?

Да, но он-то будет знать, что на самом деле глаза у нее карие… Ничего не выйдет.

Душистое месиво на полу еще колыхалось и пенилось. В прихожей валялась ее сумочка, рядом – ключи от квартиры. Он чуть не подобрал их, но вовремя раздумал.