Вторая путеводная звезда

А тебя как?

– А меня… Алексей. Тебе сколько лет? Шесть?

Мальчонка оттопырил три пальчика на руке и показал детективу.

– Вот когда будет!

– Через три месяца? – с некоторым трудом сообразил детектив.

Ребенок кивнул.

– Кто тебе посоветовал сюда прийти и ждать дядю-милиционера у подъезда?

– Женька.

– Это твоя подружка?

– Подружка, – согласился пацаненок. – Она тут живет, в тридцать четвертой квартире, она знает.

Мальчик говорил правду, Алексей чувствовал. Да и проверить наличие Женьки в тридцать четвертой квартире труда не составит.

Стало быть, происки Серегиных поклонниц тут ни при чем, а у мальчонки мать и вправду похитили… Или он так думает.

– Расскажи мне про маму. Кто ее украл?

– Дядя один.

– Ты его видел?

– Видел. Дядя приехал, позвал маму, а потом ее схватил и потащил…

– Миша… Михаська, для милиционеров важны всякие подробности… Детали, понимаешь? Постарайся рассказать мне все, что ты видел. Все-все!

– А я все рассказал!

Понятно. Ребенок наверняка видит эту сцену в голове, и ему кажется, что другой человек может увидеть ее так же легко и ярко, как он сам, достаточно лишь сказать «схватил и потащил»… Объяснить мальчику, что значит «подробно», Алексей явно не сумеет.

Так что попробуем задать наводящие вопросы.

– Как он маму позвал? Этот дядя пришел к вам домой?

– Домой, – откликнулся мальчик, но тут же умолк.

– И… И что? Он маму твою… Он с ней говорил?

– Говорил, – не стал спорить Михаська.

– И что дядя сказал, ты слышал?

– Слышал… Что мамочка предательница.

– Почему он так сказал?

Михаська несколько раз пожал плечиками, столь высоко их поднимая, что его кудрявая головка словно утапливалась в грудную клетку.

Алексей неправильный вопрос задал. Надо вот как:

– Можешь повторить слова этого дяди?

– Могу. Он сказал, что мамочка предательница.

– А еще что?

– Я не помню… Он непонятно сказал.

– Хорошо. Что дальше произошло?

– Он маму схватил за… за тело… И к выходу потащил… А потом она больше не пришла домой.

Уже вот сколько дней! – и Михаська снова показал три пальчика.

– Ты в окошко не посмотрел, когда этот дядя вышел с твоей мамой?

– Я посмотрел, – кивнул Михаська.

– И что ты там увидел?

– Он маму в машину посадил… и увез.

– А что за машина такая?

Маленький сын Алексея, двух лет от роду, уже разбирался в марках машин – отчего детективу казалось, что все маленькие мальчики на свете должны разбираться в них не менее его Кирюши.