Измененное пророчество

Не обремененный женою и детьми, он десять лет пылился на историко-археологической кафедре местного института, когда его вдруг командировали на очень перспективные раскопки. И так ему захотелось продвинуться по карьерной лестнице, что, ни секунды не раздумывая, он поехал в эту экспедицию.

Предстояло поработать в одном кургане, где более удачливые коллеги нашли старинное захоронение, и вот почти два месяца, Степан вместе с отрядом из одиннадцати человек изучал исторические ценности. Наконец раскопки подошли к концу.

Чьи-то останки и предметы быта были аккуратно извлечены, упакованы; странные иероглифы сфотографированы и срезаны.

Наступил последний вечер. Все собрались у костра. В котле вкусно булькала похлебка, а в бутылках плескалась водка.

– Завтра за нами приедет автобус, – оглядев всех, заявил начальник отряда. – Все, что представляло ценность, мы собрали, и нас уже ждут, не дождутся с отчетом в институте. Короче, ребята, работа закончена, так что давайте за это и выпьем!

Все радостно загомонили, забренчали стаканами, зацокали ложками, и вечер плавно потек дальше.

Кто-то играл на гитаре, вспоминая известных бардов, кто-то травил байки, а кто-то просто пил водку, снимая усталость и радуясь предстоящему возвращению домой.

Когда уже за полночь все разбрелись по палаткам, в пьяную голову нашего знакомого пришла шальная мысль – он решил напоследок еще раз слазить в могилу.

Что повлекло далеко не храброго Степана среди ночи на подвиги, оставалось загадкой. Возможно, это была интуиция, хотя ею он никогда излишне не страдал, или мгновенный порыв, вызванный последней стопкой водки, но археолог, вздрагивая и испуганно оглядываясь, все же проник внутрь.

В кургане было тихо, темно и пахло тленом. Степан сделал фонарь ярче. Повесив куртку на ближайший окаменевший факел, он медленно начал обходить могилу, еще раз внимательно все просматривая.

Могильник имел форму дома, состоявшего из двух небольших комнат. Первая была почти пуста. Остались только полусгнившие бревна и два топчана, на которых прежде лежали мумифицированные тела.

В другой, где раньше было много житейской утвари, сейчас ничего не осталось. Только кое-где виднелись срезы на бревнах, да из стены торчали два штыря под факелы.

Обойдя внутренность кургана раза на три, археолог, трезвея, понял, что искать тут больше нечего, и разочарованно поплелся к выходу. Вспомнив, что забыл куртку, он чертыхнулся, вернулся и попытался сдернуть ее с факела.