Маленькое недоразумение на даче

Стулья валялись по всей комнате; домотканые половики сбились в кучу; осколки трагически погибшей банки и разлетевшиеся огурцы покрывали пол. Вонь от маринада и запекшейся крови стояла непереносимая.

Девушка огляделась. На первый взгляд комната была пуста. Где же незваный гость? Дружок, не выносящий запаха перегара, незамедлительно обнаружил пропажу. Клацая когтями по голому крашеному полу, подошел к кровати, заваленной одеялами, полотенцами и подушками, и негромко, но требовательно тявкнул. Никакой реакции. Пес гавкнул еще раз, громче и решительнее, с откровенной угрозой в басовитом голосе.

Груда постельных принадлежностей неловко зашевелилась, и из нее медленно показалась большая голова, обмотанная, как тюрбаном, синим махровым полотенцем.

Очумелыми глазами, разрисованными красной сеточкой, голова стала внимательно разглядывать стоящего перед нею немаленького пса.

– Ты кто? – Голос у мужчины был хриплым и больным. Воткнувшись недоумевающим взглядом в угрожающую морду собаки, голова даже не подумала повернуться и взглянуть в другую сторону.

– Кто? Дружок или я? Хотя давай поставим вопрос по-другому: кто ты? – У девушки несколько отлегло от сердца, когда она разглядела, что страшный мужик на самом деле парень не старше двадцати пяти – двадцати семи лет.

Голова очнулась от сомнамбулического созерцания оскаленной собачьей морды, нащупала взглядом источник звука, недоуменно поморгала, явно не веря своим полуослепшим глазенкам, и открыла рот, обдав окружающих жутким перегаром.

– Нет, это ты кто и что делаешь с этой жуткой псиной в моем доме?

– Ну, здравствуйте! Разыгрываем народный фильм «Ирония судьбы, или С легким паром!»? – с силой рявкнула разозленная Ксения, не хуже Дружка, заставив их внимательно на нее посмотреть.

Пса – с искренним уважением, а парня – со столь же неподдельным недоумением: как такое субтильное создание может издавать столько шума? – Это не твой дом, а мой! Какого лешего ты забрался сюда ночью и устроил погром?

– Не может быть… – Парень расслабленно откинулся на подушку, отчего тюрбан съехал на ухо, придав ему вид хулигански настроенного падишаха, и томно прикрыл глазенки.

Сипло протянул, мелодраматично подвывая: – Это на меня ночью в моем собственном доме напала эта подлая Линка, избила огуречными банками и бросила истекать кровью. Повезло, что я нашел старое бабкино полотенце и перевязал голову, а то умер бы и похоронили бы меня… – Обессилев от чрезмерного напряжения, замолк и захрапел посредине предложения.