Серебро ночи. Примум. Книга 1

Вдруг он заставит ее сделать что-то такое, от чего она будет страдать всю свою жизнь?

На очередном привале Сильвер сказал, что пришло время зажигать факелы: естественного света больше нет, от мечей проку мало. Феррун, сидевший рядом с женой, поморщился, но промолчал. Амирель, потеребив цепочку, на которой висел возрожденный камень, тихо попросила:

– Возьми его себе. Я его боюсь. Мне с ним очень тревожно.

– Зато мне спокойно! – отрубил Феррун. – При внезапном нападении я не успею перепрыгнуть к тебе, а он тебя защитит.

И вообще – сражаться на два фронта глупо, когда этого можно избежать!

Амирель пришлось смириться.

Зажгли факелы, убрав мечи в ножны. Факелов было всего три, по одному у каждой пары воинов, но все равно они светили куда ярче, чем мечи. Да и свет был настоящий, живой, с ним было куда веселее. В конце колонны факела не было из-за возмущенного Ферруна, заявившего, что огонь его слепит и он ничего не видит дальше собственного носа.

Отряд быстрым шагом шел по огромной пещере, ближе к ее правой стороне.

На уходящей высоко вверх стене от переливов огня играли разноцветные всполохи.

– Как красиво! – невольно вырвалось у Амирель, любующейся этим волшебством.

– Да, красиво, – согласился с ней Сильвер, глядя на нее.

Девушке показалось, что говорит он вовсе не о пещере, а о ней самой, и она невольно зарумянилась, отведя взор. Под их шагами мелкий песок, припорошенный инеем, тихо похрустывал, будто шепча о чем-то своем, сокровенном.

– Когда мы шли сюда, то не обращали внимания на то, что делается вокруг. Мы спешили в Северстан за Секундо. А теперь идем обратно, осуществив все свои замыслы, но в моей душе радости нет, – негромко признался Сильвер.

– Почему? – Амирель с недоумением повернулась к нему. – Вы чувствуете, что все было сделано напрасно и камень не поможет?

– Этого я не знаю. Но вот то, что ты жена другого, меня убивает. – Кривая усмешка исказила его красивое лицо.

 – Похоже, это мне воздаяние за мое легкомысленное отношение к женщинам.

Амирель стыдливо опустила глаза. Эти слова были похожи на признание в любви. Может быть, Сильвер и есть тот ее суженый из далекого сна? Факел, что он нес в руке, не давал разглядеть цвет его глаз, но сердце уже четко признало его своим. Она не знала, как поступить. По обычаям ее страны она мужняя жена, но Феррун говорил, что разведется с ней в Терминусе.