Серебро ночи. Примум. Книга 3

Но пока ему приходилось слушать степь в попытке понять, есть ли под землей кто-то большой, похожий на дракона, и жалеть, что не взял с собой Амирель. С ней было бы гораздо проще, и ножа в спину от нее он бы никогда не получил.

Еще раз воззвав к дракону, на всякий случай сделал несколько широких кругов вокруг развалин, но так ничего и не почувствовал. Под землей явно никого большого не было. Зато понял, что сдерживающие южаков змеи после отъезда ведуна расползлись.

Делать здесь было больше нечего, и Феррун, ловко прыгая с одного замшелого валуна на другой, добрался до ожидающей его Агфе.

Стремительно поскакал на север, размышляя, куда же ему податься дальше – столицы исчезнувших королевств Базилука и Славинного были отсюда на равном расстоянии, только одна на востоке, другая на западе.

Куда ему спешить в первую очередь?

Кобылка тихонько заржала, напоминая ему о действительности. Встрепенувшись, Феррун даже засмеялся от охватившего душу воинственного экстаза – дорогу ему перерезали южаки.

– Я к вам не лез, – он был донельзя доволен, – так что могу ответить вам тем же, – и, дождавшись, когда в него полетят первые стрелы, выпустил в ответ рой своих.

Дорога моментально очистилась, но стрел осталось очень мало. Досадливо вздохнув и перегнувшись через луку, он принялся выдергивать из мертвых тел свои стрелы. Внезапно лежавший неподвижно южак рванулся ему навстречу и метнул в него сверкнувший черным огнем кинжал, целя в горло.

Феррун мгновенно поймал кинжал за рукоять и швырнул обратно.

Южак пораженно проследил за его полетом, понимая, что к нему летит смерть, но уклониться не успел – острие вонзилось ему прямо в сердце.

Бестрепетно склонившись над ним, Феррун увидел красный витиеватый рисунок на руках и лице и выдохнул:

– Шаман! Потому он и не умер от пронзившей его стрелы. Может, даже и сейчас еще жив, хотя вряд ли. Они все-таки не бессмертные.

Слева от стойбища взметнулось белесое облако пыли – на помощь передовому отряду мчались все оставшиеся в живых после укусов змей воины, перерезая ему дорогу.

Как ни хотелось Ферруну еще поразвлечься, но время было дорого. К тому же он понимал, что несколько сильных шаманов вполне могли противостоять Серебру ночи. Так рисковать он себе позволить не мог и с досадливым хмыканьем отправил Агфе на запад.

Помчавшиеся было за ним южаки быстро отстали, и он в полном одиночестве мчал по безмолвной степи, хмуро поглядывая вокруг. Поводья он бросил, предоставив кобылке самой выбирать путь.