Серебро ночи. Примум. Книга 3

Ехать по его указке не торопился, гадая, стоит или нет доверять такому ненадежному проводнику.

Уничтожая его сомнения, на горизонте появились пока еще едва заметные клубы пыли, такие, что оставляет за собой скачущая по степи огромная конница.

Вперед ему ехать нельзя, ворон прав. Глянув направо, Феррун заметил высокий старый дуб, направил к нему Агфе. Та во всю прыть подлетела к дереву, он ловко ухватился одной рукой за толстый нижний сук и оказался на дереве. Перепрыгивая с ветки на ветку, добрался почти до самой вершины и принялся осматривать окрестности.

Тучи пыли на горизонте приблизились, вырисовывая под ними орды скачущих на запад южаков. Сверкали на солнце кривые сабли, развевались на ветру хвосты корсаков на высоких шапках, лоснились шкуры мохнатых коней. И до самого горизонта степь была покрыта готовыми к сражениям воинами.

А ведь это лишь малая часть вражеского войска. Эта, похоже, шла на Фарминию. Феррун зло выругался. Ненадолго же хватило устроенного им переполоха. Может, стоит вмешаться? Он сжал рукоять меча, ощутил запевшую в сердце кровь, и резко выдохнул.

Нельзя, хотя и отчаянно хочется: стрел у него почти не осталось, а с одним мечом много врагов не положить. И не стоит забывать про шаманов.

Подтверждая его слова, на груди запульсировал амулет, посылая вокруг себя горячие предупреждающие волны. Феррун прижал его рукой, убеждая, что глупостей делать не намерен. Камень немного притих, но все равно от него чувствовался неприятный жар.

На плечо воина тяжко спикировал ворон, сердито каркнув.

– Спасибо за предупреждение, без тебя я бы наверняка оказался в самой гуще неприятельской лавины, – нехотя признал правоту птицы Феррун. – А мне нужно себя беречь. Короли на дороге не валяются, – в его голосе сквозила горечь. Утешаясь, невесело ухмыльнулся: – Но зато я смогу турнуть всех присосавшихся к королевской казне дармоедов вроде сэра Шриба и прочих бездельников.

Прислонившись спиной к стволу, устроился на ветке поудобнее и прикрыл глаза, намереваясь поспать.

Приказав ворону разбудить себя, когда пройдет войско, заснул. День уже начал клониться к закату, когда ворон, так и сидевший на его плече, завозился и негромко каркнул.

Мгновенно открыв глаза, Феррун заметил уходящий вдаль хвост южаков, похожий на огромную змею. Клубы пыли, сопровождавшие конницу, почти улеглись. Быстро спустившись, подозвал пасшуюся неподалеку Агфе и расседлал ее, оставив сбрую под дубом. Сел верхом, закинув за плечи торбу с провиантом.