Вынужденный брак

Защелкнул замок, вызвав этим неосмотрительным поступком множество подозрений и, почти насильно усадив Наталью Владимировну обратно, заботливо пододвинул к ней чашечку кофе.

– Не знаю, как вам, а мне просто необходимо подкрепиться.

Гостья взяла кофе и поднесла к губам, молча обводя взглядом большой кабинет. Она по опыту знала, что вещи, окружающие человека, зачастую говорят о нем больше, чем его дела и поступки. Поступки могут быть вынужденными, а вот вещи покупаются, как правило, по велению души. Первым делом она осмотрела окно.

Если там стоят цветы, значит хозяин человек добрый и порядочный.

Она не знала, откуда у нее такой убеждение, но оно накрепко засело в ней с детства. На подоконнике и на красивых цветочных стойках по всему кабинету привольно росли и цвели разнообразные представители цветочной флоры. Они казались вполне довольными своей жизнью, и Наталья Владимировна несколько успокоилась.

А вот мебель, на ее взгляд, была тяжеловата – из массивного темного, явно очень дорогого, дерева, кресла и диваны с сиденьями из натуральной черной кожи.

Смотрелась она, конечно, очень внушительно, но вряд ли в такой суровой обстановке было приятно работать. Впрочем, цветы и шкаф, полный книг, смягчали официальность кабинета.

Она перевела взгляд на хозяина этого великолепия. Для генерального директора такого огромного объединения он был на редкость прост в общении. Или это просто маска? Не похоже – лицо непритворно озабоченное.

Красив – твердое лицо, проницательные карие глаза и поседевшие на висках светлые волосы.

Привлекательное открытое лицо. Именно такое, какие выискивают для отделов по связям с общественностью. Но требовательный – не хотелось бы ей быть его проштрафившейся подчиненной.

Они безмолвно потягивали напиток, искоса посматривая друг на друга, как боксеры на ринге. Наконец хозяин со стуком поставил на стол опустевшую чашку и ринулся в бой.

– Насколько я понимаю по вашему неприязненному виду, свадьба в данном случае не планируется?

Она бесшумно поставила обратно свою чашку с недопитым кофе и зло подтвердила:

– Абсолютно! Ваш сынуля заявил Саше, что она лишь непродолжительный эпизод в его длинной жизни и пусть выворачивается, как знает, он ей ничего не обещал.

 – Она с вздохом склонила голову. – Я ее не оправдываю: двадцать лет, должна бы хоть что-то соображать. Но боюсь, что она влюбилась. Впервые. И потеряла голову, как каждая влюбленная женщина. – И с вызовом посмотрела в его внимательные глаза.