Единственная любовь Шерлока Холмса

Единственная любовь Шерлока Холмса

Татьяна Глинская

Она была единственной женщиной в жизни Шерлока Холмса. Она одна смогла одолеть великого сыщика и растопить его ледяное сердце. Их отношения не назовешь просто «любовью» – это было нечто большее: Ирэн Адлер приворожила Холмса раз и навсегда. И хотя их личная жизнь окутана туманом, как улицы викторианского Лондона, эта книга раскрывает тайну единственной любви Шерлока Холмса.

Загадочные убийства и зловещие интриги, похищение секретных документов и смертельно опасные погони через лабиринты лондонских трущоб, спиритические сеансы и кишащие привидениями особняки – этот роман следовало бы величать «викторианским детективом в лучших традициях жанра», если бы Ирэн Адлер не доказала, что против женской интуиции и «женской логики» порой бессилен даже «дедуктивный метод» Шерлока Холмса!

Ранее книга выходила под названием «Смерть на бис.

Спасти Шерлока Холмса!»

Татьяна Глинская

Единственная любовь Шерлока Холмса

Глава первая

Ночь в Венеции

Карнавал подходил к концу.

Фейерверки еще взлетали в ночное небо, отражались в дешевых блестках и фальшивых бриллиантах, рассыпались множеством крошечных комет, над толпой еще гремели музыка и хохот, но в холодном воздухе уже звенели нотки усталости. Гостей герцога Дикассио – их легко было узнать по обилию настоящих, а не поддельных драгоценностей и изысканности костюмов – пригласили прибыть на прощальный ужин. Они дружно, с шумом и криками, рассаживались в гондолы, которые предоставил любезный хозяин.

Замешкалась только молодая дама в домино из бархата фиолетового цвета, подбитого нежно-розовым шелком, – подкладка плаща зацепилась о мраморные перила лестницы. Ей пришлось наклониться, чтобы поправить наряд.

Затем дама торопливо прыгнула в ближайшую гондолу, отмеченную флагом с гербом герцога. Узкий нос лодки рассек маслянистую темную воду, гондола набирала скорость, с легкостью лавировала по темным протокам, все дальше удаляясь от празднично освещенных палаццо и Большого канала.

Пассажиры молчали.

Молодая дама несколько раз нетерпеливо оглянулась, откинула капюшон – черная полумаска подчеркивала нежный оттенок ее кожи и тот особенный цвет волос, который художественные натуры именуют «тициановским». Наконец, она окликнула гондольера:

– Послушайте, синьор! Вилла Дикассио осталась справа, нам следовало повернуть!

– Я плыву, куда приказано…

– Кем приказано? – Эхо подхватывало звук голосов, они звучали как оперный дуэт.