Трудная дорога к счастью

Глеб насмешливо кивнул на мятую постель, виднеющуюся сквозь распахнутые двери спальни:

– Что, это тебя устраивает куда больше, чем пустые разговоры? Ну, тогда давай попробуем! Может, после выполнения привычных обязанностей у тебя улучшится настроение? Какая у тебя такса? Я заплачу вдвое больше, не сомневайся!

Мужчина стремительно сделал шаг вперед, не позволяя ей увернуться, жестко обхватил руками ее плечи, притиснул к твердой груди, впился губами в губы. Ее затрясло от возмущения и бессилия. Какой кошмар! И винить некого – сама его впустила! Нужно было сначала выяснить, кто пришел, а потом открывать дверь!

Поцелуй не был ласковым, он был почти грубым.

Этакое наказание для запутавшейся девчонки. Но ее все равно накрыла ошеломляющая, отметающая все возражения разума неуправляемая волна, пронзило нежеланное, но от этого не менее страстное волнение. Ей вдруг захотелось, чтобы он не прекращал поцелуя, тело, натянувшееся, как струна, упорно требовало ласки, жаждало, чтобы его руки нежно легли на ее напрягшуюся грудь.

Его объятия стали мягче, он уже не стискивал ее с прежней медвежьей силой. Одна рука придерживала ее голову, чтобы она не могла уклониться от поцелуя, другая начала с нескрываемым наслаждением блуждать по ее напряженному телу. Через некоторое время, не встречая сопротивления, осторожно проникла под тонкий халатик, томительно остановилась на обнаженной груди и нежно сжала ее. С губ девушки сорвался мучительный стон. В голове бродили обрывки панических мыслей, но она не обращала на них внимания.

Что она делает? Оправдывает его мнение о себе, как о бесстыжей потаскушке…

Он прерывисто задышал, целуя ее уже с настойчивой нежностью, прижал к себе так, чтобы она почувствовала силу его желания. Она насторожилась, но его горячая рука, гладящая мягкий живот, снова поднялась к груди, и девушка ощутила стремительно нарастающее напряжение. Она бессознательно прижалась к нему, стараясь погасить неконтролируемые позывы плоти.

Мужчина оторвался от нее и хрипло предложил, с крайним презрением сверкнув затуманенными страстью глазами:

– Перейдем в постель? Там удобнее…

«Как это? – подумала она в замешательстве.

 – Так целовать и одновременно так смотреть! Что же он за человек?! Из металла, что ли?.. И обращается с ней до того бесцеремонно, будто она полное ничтожество! Правильно, чего церемониться со шлюхами!»

– Отпустите меня! – Слова прозвучали жалким фальшивым лепетом.

Он по-своему истолковал ее нетвердый протест.