Список желаний. Дневник Ани Алёхиной

Из достигнутых целей за Аней числились статусы: «ни разу не проспавший работник», «заслуженный засланец в магазин за хлебом» и «Алёхина Аня – юбка-карандаш» или просто «Аня-Карандаш». Последнее прилипло к ней намертво. А все потому, что Аня любила носить юбки по крою «карандаш». Прозвище появилось еще в институте, а затем просочилось и на работу. Коллегам на радость.

– Уезжаешь? – поинтересовалась уборщица Надя, случайно услышавшая разговор.

– Да, на Новый год к сестре, – кивнула Аня.

– Смотри, будь повнимательней и там, и в поездке.

Ты на поезде ведь?

– Ага.

– Аккуратней. А мама не против? Тебе бы попутчика в дорогу с твоей-то головой…

– Теть Надь, спасибо за беспокойство. Я справлюсь, – сдержанно ответила Аня.

Надя, пожалуй, была единственной женщиной в книжном, которая искренне переживала о судьбе Ани. Шестидесятилетняя Надежда трудилась на пенсии уборщицей, откладывала деньги на обучение своего единственного внука. Она часто рассказывала о нем, какой он смышленый и какой у него подвешенный язык.

Говорила: «Его бы в артисты». Однако Петя замахнулся на МГУ, куда собирался поступить на айтишника. Родители об этом не задумывались, поэтому бабушка и складывала копейки, отдраивая грязные снежно-песочные следы покупателей.

«… с твоей-то головой…»

Аню больно дернула эта фраза. Как обжечься крапивой. Задетое место горит, а потом еще и чешется. То же самое и с кинутой фразой. Сначала резко загорелось внутри, потом боль понемногу утихла. И оставшуюся часть дня эта фраза будет чесать голову, выталкивая весомые аргументы прочь.

И здесь уже не помогут установки: «Это всего лишь расстройство внимания», «Гиперпрозексия»

, «С этим можно жить, и жить счастливо». Аня смогла себя убедить лишь в одном – Надежда сказала это не со злым умыслом. Хотела позаботиться. И это не ее вина, что Аня ощутила свою неполноценность.

После десятиминутного обеда Аня начала собирать вещи, которые остались в служебном. Подходящей коробки не нашлось, зато в столе лежала пара шелестящих пакетов.

Туда она упихала свою запасную кофту, столовые приборы, кое-что из канцелярских принадлежностей. В комнату зашла Алла. Подошла к столу и налила воды из бутылки в стакан. Осушила его мгновенно. Немудрено. В главном зале был слишком теплый и сухой воздух. Отопление работало на полную мощность. Потом женщина поставила стакан на место и кинула взгляд на Аню.

– Не рано собираешься? Еще четыре часа до конца смены, – проговорила она.

– Я знаю.