Двоемирье. Книга 4. Круговорот

Думаете, они заслуживают такой жизни?

Стоило только представить, сколько времени все это длится, если люди настолько привыкли, как захотелось взвыть в голос. Помешало лишь то, что в этот момент Матиас схватил ее за локоть.

– Нам пора, – проходя мимо, он пнул сидящего на корточках бойца, только что изловившего истошно заверещавшую птицу. – Тебя тоже касается. Успеешь еще поживиться. Шэльс правду говорит, это все теперь и так наше. Настоящая добыча – там. Пора ее распробовать

Утренний туман все еще скрывал то, что, как догадывалась Кайра, должно было быть дворцом, но изящные очертания и почти слепящая белизна угадывались даже сейчас, в свете едва поднявшегося над горизонтом солнца.

***

– Теперь понимаешь? – Элмин нарисовал веткой на песке линию вокруг обозначающего дворец булыжника. – Для того укрепления и строят, чтобы никто не мог проникнуть снаружи.

Так сказал, будто несмышленышу самые простые вещи объясняет. И правда ведь простые, но лишь на первый взгляд.

– Знаю я, – фыркнул Джей. – Только не очень это сработало.

Единственный вариант, который крутился у Джея в голове, совсем не радовал. Даже шум прибоя, напоминающий о доме, ничуть не помогал отвлечься.

«С какой стати меня вообще это касается?» – фыркнул он. Ему не должно быть никакого дела до того, что происходит в чужом мире, с чужими людьми. Теми, кто сейчас затеял шуточную потасовку, и другими, кто подбадривал их радостным улюлюканьем.

Один из них, заметив, что Джей наблюдает за их маленьким развлечением, кивнул на миску с остатками жареной рыбы, приглашая присоединиться.

Слишком быстро они приняли его за своего. Достаточно оказалось пары умений, полученных еще в детстве, когда ходил с отцом на охоту. Здешние ружья удивительно примитивны, а народ столь же удивительно легковерен, как он успел заметить. И снова его считают не тем, кто он есть на самом деле. Это уже превратилось в какую-то дурацкую традицию.

Джей покачал головой, давая угощающему понять, что не голоден, хотя живот уже начал призывно урчать. Опасно быть даже мелочью обязанным тем, кто, не моргнув глазом, расправился с «врагами».

Для них врагами, а для Джея… До сих пор, стоило только вспомнить обугленное нечто, когда-то бывшее людьми, как к горлу подкатывала тошнота.

– Они не люди, – сказала тогда Сауле.

И ведь, кажется, впрямь верила в эти свои слова.