Двоемирье. Книга 4. Круговорот

Десять», – она разжала ладони и вновь согнула большой палец. – «Одиннадцать», – затем указательный. – «Двенадцать».

– Двенадцать лет, – ответила она с почти детской непосредственностью, от которой мороз пробежал по коже.

«Вы столько времени ее донимали?» – похоже, скрыть негодования не удалось, потому что Сауле вдруг отдернула руку и прижалась к Элмину.

«Знак Служителя носят до последнего вздоха, если преемника раньше не сыщут. Но не старайся найти ты в этом подвоха – с каждого долг однажды взыщут».

«С каждого», – Джей уже по привычке поддел пальцем браслет, хоть и знал, что снять не получится.

На это им, похоже, ответить было нечего, и Джей не смог не улыбнуться. Ничего, скоро им придется вернуть его обратно. Чем раньше он выполнит свою часть договора, тем лучше. А пока нужно хотя бы понять…

– Что такого они вам сделали, эти болотники? – спросил он Элмина. – За что они-то вас ненавидят, прекрасно могу представить.

Даже и представлять было не обязательно – тот обугленный холм все еще живо стоял перед глазами.

– Точнее, чего не сделали, – Элмин уселся поудобнее и продолжил: – Не хотели платить подать. С этого все и началось. Каждый житель страны должен вносить свой вклад в ее благополучие, согласен?

Джей вздрогнул от этих слов, так похожих на то, что с детства внушали учителя, и что звучало каждый день по радио. А Элмин будто и не обратил внимания на его замешательство.

– Урожаи северных земель никому не позволили бы голодать, но они, болотники, и все, кто под их защитой, считают эти земли только своими.

– Не позволяют вам их обирать, так? – уточнил Джей.

– Мы не взяли бы, никогда не брали больше, чем требуется, чтобы половине жителей не приходилось побираться крохами, пока другие делают запасы на год вперед. Но северянам проще платить распоясавшейся банде, чем поддержать таких же, как они, обычных мирных жителей. Теперь для них это уже дело принципа.

Звучало вполне убедительно, но Джей уже давно разучился верить людским словам.

Глава 3. До рассвета

«Всегда принадлежать нам будешь, Обещанная Огню».

Сауле беззвучно вскрикнула и лишь после этого открыла глаза. Не сразу удалось понять, где находится, только солнечный свет вместо ожидаемого тусклого огня факелов храма помог прийти в себя.

Всего лишь разморил полуденный зной. Нечего бояться. Теперь нечего.

Она думала, что удастся избавиться от прозвища, полученного еще совсем малюткой.