Двоемирье. Книга 4. Круговорот

И Кайре тоже, – небрежно нарисованные на камне глаза смотрели на Джея, не мигая. – Вы должны были нас обоих вернуть, если им помогу.

Казалось, все будет проще простого, а теперь…

Яркая вспышка. Грохот выстрела. Удивленно распахнувшиеся глаза нападавшего за миг до.

«Я просто защищался!» – хотелось выкрикнуть это во весь голос, но слова застряли в горле. Если берешь с собой оружие, значит заранее готов его использовать. Он – взял и знал прекрасно, что сможет выстрелить в нужный момент.

Джей похлопал ладонью по поясу, куда был прикреплен огнепал.

Пусто, как он и думал – понял и раньше, когда не ощутил характерной тяжести, но не придал значения до этого момента.

– Его не было с тобой, – не дожидаясь вопроса, сказала Сауле. Выходит, оружие так и осталось в тоннеле. И теперь наверняка у врагов. От этой мысли стало совсем дурно. А Сауле еще подлила масла в огонь. Вздохнула и добавила: – Может, тебе и вправду не место среди нас.

– Может, – охотно согласился Джей.

 – Вот только мне не вернуться в свое время, если не помогу вам победить. Духи так сказали. Хотя… как им теперь верить? Правильно, никак. Тебя они тоже обманывали?

– Никогда, – Сауле поспешно замотала головой, будто одно только предположение об этом пугало до дрожи. – Духи не лгут, но их правда не всегда как наша. Ты привыкнешь.

«Не желаю я к такому привыкать», – он только успел подумать, а браслет уже обжег запястье холодом. Как напоминание о магии, что стала так тяготить.

Придется привыкнуть.

– Все равно меня не развяжешь, – он обреченно опустил плечи, пробурчал себе под нос: – Надо же было умудриться так влипнуть.

– Освобожу, к болотникам сбежишь? – Сауле внимательно смотрела на него, чуть прищурясь. – К своей Кайре?

– Так говоришь, будто меня там с распростертыми объятиями ждут, – фыркнул Джей. – Пойду, да, чтобы забрать ее оттуда. Только одному мне все равно не справиться, ваши люди нужны.

Стало вдруг жутко противно. Больше всего оттого, что он это проходил и раньше.

Одних чуть не погубил, теперь вот все закончилось гораздо хуже. Но остановиться, сдаться, подчиниться чужой воле – это было бы проще всего. Он бы себе этого никогда не простил.

– Просто развяжи меня, – попросил он без всякой надежды. – Уйду, и больше меня никогда не увидишь. Так будет лучше для всех. Попробую сам справиться, и никто из вас больше не пострадает.

Наверное. Джею очень хотелось бы в это верить.