Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

Пришлось подключить все доступные каналы для проверки кандидатов, пока не отыскали подходящего, причем в собственном же ведомстве.

– Я уже все сделала. – Самира выглядела жутко довольной своей расторопностью.

Смешная. Но это по крайней мере лучше, чем видеть на ее лице ненужное беспокойство. Да что угодно было бы лучше, честно признался себе Юдвин.

– Хорошо, посмотрю. – Юдвин откатил кресло-каталку от стола и хотел было отключить связь, но вдруг остановился. – Когда он за мной заедет?

Небольшая проверка, насколько хорошо Самира подготовилась.

Юдвин отлично знал, когда должен быть на очередном заседании, но вот запомнила ли она? Учитывая, сколько дел у нее было в последние дни.

– Через час. – Самира даже не стала подглядывать в расписание. – Доставит прямиком в министерство.

Что ж, проверка пройдена. По крайней мере на Самиру он все еще может положиться. В отличие от…

Нет, не думать о них, не думать, не думать. Но как это сделать, когда внутри все закипает? Если оба самых дорогих ему человека, разом отказавшиеся от него, сейчас совсем рядом, за полупрозрачной перегородкой, отделяющей двор от террасы, где он решил «подышать свежим воздухом».

Нараяна что-то сказала неподвижно сидящей на крыльце Зелле, всплеснула руками, а в следующее мгновение Юдвин едва успел отодвинуться в сторону, прежде чем дверь на террасу со стуком отворилась.

– Будь ты проклят, – прошипела Нараяна, проносясь мимо.

– И тебе доброго утра, милая, – ответил он нарочито-приветливо, затем вновь посерьезнел, бросив взгляд на до сих пор даже не пошевелившуюся Зелле.

 – Она все по-прежнему?

– Я не знаю. – Резко развернувшаяся к нему Нараяна сорвалась было на крик, но осеклась. Закрыла дверь, ведущую во двор, и продолжила уже гораздо тише: – Не знаю, что у вас тогда произошло, она не хочет говорить об этом, но это совершенно точно твоя вина. В том, что она теперь такая.

Юдвин сглотнул подступивший к горлу комок, прекрасно поняв, к чему она клонит.

Еще раз оглянулся на свою маленькую дочурку, жизнь которой навсегда испорчена, но не только по его вине.

– Такая, как ты была еще недавно, хочешь сказать? – спросил он прямо, не посчитав нужным выбирать щадящие слова.

– Да! И чем дольше она будет рядом с тобой, тем дольше не сможет прийти в себя. Мы с Зелле уезжаем, и как можно скорее. На что я вообще надеялась? Нужно было сразу это сделать.

– Нет.

Он не может ее отпустить. Просто не может.