Двоемирье. Книга 2. Право на счастье

Не делай вид, что не понял! – Лэнси резко поднялась, едва не опрокинув стул. – С меня хватит загадок. Я о себе-то почти ничего не знаю, а если и ты продолжишь от меня что-то скрывать, то я просто уйду.

– Успокойся, маленькая моя шантажистка. – Иино легонько прикоснулся к ее плечу, усаживая на место. – Да, я не обо всем рассказываю, но сейчас так лучше, для тебя тоже, поверь.

– Не могу я верить, никому не могу!

Только теперь Лэнси обнаружила, что глаза застилают непрошенные слезы. От постоянно преследующего страха, от обиды на скрытность Иино, от невозможности что-то изменить.

Да много еще от чего, и у Лэнси совершенно не было желания копаться в собственных чувствах, делая себе еще больнее.

– Послушай… – Иино вдруг застыл на месте, тревожно обернулся. – Ничего странного не слышишь?

– Не надо заговаривать мне зубы, – недовольно фыркнула Лэнси, смахнув слезинку рукавом рубашки. Чужой рубашки, как и все вокруг.

– Я серьезно, что-то не так.

Нечто неуловимое мелькнуло в этих словах, отчего Лэнси тут же внутренне собралась.

Мысленно накрылась таким уютным и безопасным прозрачным куполом, внутри которого можно было привести мысли в порядок.

Порой отсутствие чего-то может обеспокоить гораздо сильнее, чем можно себе представить. В особенности, когда это отсутствие детского лепетания, которое перед этим не утихало ни на минуту.

В напряженной тишине звук прокатившегося по полу предмета показался чересчур громким. Лэнси оказалась у двери спальни всего на шаг позже Иино.

Вошла внутрь и тут же споткнулась о белую в яблоках лошадку, оброненную малышом.

Уснувшим.

Лэнси с облегчением разжала ладонь, но безотчетное чувство тревоги никак не отпускало. Спустя мгновение она заметила, как тяжело и прерывисто малыш дышит.

– С ним уже было такое? – Первое, что она спросила, подойдя к склонившемуся над кроваткой Иино. Потрогала лоб малыша. Не особенно горячий, но все же горячее, чем должен был бы быть. Румянец на щеках выглядит совсем не здоровым. Но почему Иино молчит? Стоит, рассеянно глядя перед собой.

Пришлось щелкнуть пальцами у него перед лицом, чтобы привлечь внимание. – Хэй, слышишь меня? Такое раньше было?

Судя по растерянности – нет. Иино тут же подтвердил эту догадку.

– Нет… То есть, с ним не было, с другими бывало. Думаешь, мы… – Он судорожно вдохнул воздух одновременно с малышом, словно и сам задыхался. – Думаешь, почему мы не даем детям имена, пока на ноги не встанут?

– Я думала, это примета такая.