Двое – не один, спуску не дадим

Дад ждал ответа, и я точно знала, что без него он отсюда не уйдёт.

Тяжело вздохнув, произнесла:

– Спасибо тебе за предложение. Ты рискуешь гораздо больше меня – у тебя сложилась карьера, к которой ты так долго шёл. Потому прошу: взвесь все «за» и «против».

– Я подумал, – вздохнул Дад облегчённо. – Взвесил.

Дадо дёрнул меня за руку, чтобы я снова смотрела ему в глаза. Наши лица разделяли какие-то пара-тройка сантиметров. Дадо продолжил:

– Но я хочу объяснить тебе одну простую вещь: я и ты теперь в одной лодке и я хочу, чтобы ты взвешивала свои действия.

Была осторожной и знала, что на самом деле может произойти любое, даже… смерть кого-нибудь из нас. Я смогу раздобыть сведения, ты раздобудешь сведения. Мы объединим всё и поймём: где ублюдка искать. Но Вещие – не идиоты, и за тобой будут следить, как и за мной. Они просчитали нас и понимают, что мне есть что терять, потому сконцентрируются на твоих действиях. Не выдай себя. Прошу.

Как он сказал? «Мы в одной лодке»? Хм…

Нас считали неразлучной троицей – беззаботной и самодостаточной.

Дадо и Нон жили на широкую ногу и меня тянули за собой, будто это само собой разумеющиеся вещи. Я была третьей, но не лишней.

Мы с Дадо вряд ли сосуществовали бы вместе – слишком полярные. Нашим связующим звеном – сердцем сцепки – был Нон. Теперь его нет, и «лодки» тоже нет, но Речер её подлатал и первым шагнул на борт. Теперь предложил забраться и мне. Какие основания мне соглашаться? Выгода – вот мои резоны. «Выгода» – название построенной Дадо лодки.

Её переименовали, и теперь она должна была выйти в море в последний раз.

Почему бы и нет? Мы стремились к одной цели, смотрели в одну сторону. Чем не причина для последнего крестового похода?

– Поняла, – прошептала я.

– Отлично, – в голосе друга слышалась усталость.

Не знаю почему, но я сократила расстояние между нами и робко повела плечами. Дадо притянул меня к себе, обнял и прижал. Затем зарылся лицом в мои волосы. Ничего не оставалось, и я обхватила его руками.

Неожиданно объятья усилились, и Дод произнёс:

– Я знаю тебя всю свою жизнь, а так и не научился с тобой общаться. Прости.

– А я не научилась за этот же срок не обижаться на тебя. Ты тоже прости меня.

– Мне так его не хватает. Пусто. Привык, что ты и он всегда рядом. Три дня подряд ездил сюда – надеялся поговорить. Ходил кругами вокруг дома, но слов для разговора с тобой из себя так и не вытащил. Это Нон знал, что нужно сказать и в какое время – умный был.