Капкан

Добираюсь до берега и начинаю осматривать себя. Коленка содрана. Почему я такая

невезучая! Слезы одна за другой стекают по моим щекам. Даже во время отдыха я

умудряюсь пораниться. Что не так со мной? Слышу шорох шагов. Глотаю слезы.

– Кого на этот раз ты чуть не сделала калекой? – доносится язвительный голос Марка.

У меня нет сил с ним пререкаться и спорить. Поднимаю голову и смотрю на него.

Плевать, что он видит меня в слезах. Плевать, что я выгляжу в его глазах жалкой и

беспомощной. Я устала быть сильной.

Потом я снова найду силы бороться. А сегодня я буду уязвимой, ранимой, искалеченной и вызывать жалость окружающих.

Ухмылка на его губах сменяется встревоженностью. Опускается на колени возле меня.

На меня смотрят те же карие глаза, но в них нет ни грамма иронии, а прослеживается

сострадание и сочувствие. Если бы мы не были знакомы, то я бы подумала, что он

действительно беспокоится за меня.

– Дай посмотрю, – пытается дотронуться до моей коленки. Непроизвольно отодвигаюсь назад.

Но это его не останавливает. Он берет меня за щиколотку и рассматривает ссадину.

– Ну, и как тебя угораздило пораниться? – в его тоне ни единого намека на насмешку.

Моя нога зажата между его ног. Чувствую, как его пальцы очень нежно двигаются вдоль моей ноги от коленки к щиколотке. От его прикосновений по телу пробегает приятная волна мурашек, пробуждая во мне давно забытые ощущения. Горло сдавливает, и я на мгновение замираю, не зная как реагировать на прикосновения этого мужчины.

Передо мной совсем не тот человек, который взбесился из-за пролитого на него кофе, не тот

человек, который язвил мне при каждом удобном случае. Сейчас на меня устремлен

искренний взгляд полный нежности. Я словно загипнотизирована им и забываю как

дышать. Марк обхватывает мое лицо ладонями, проводит большим пальцем по моей щеке, нежно вытирая слезы. Этот жест возвращает меня к реальности.

– Не трогай меня, – шиплю я. Мои слова и тон голоса словно защита от этого

противоречивого человека.

В одну секунду он меняется в лице и больше нет в его взгляде заботы и нежности, а

только злость.

– Дура! Я же помочь пытаюсь, – выплевывает каждое слово, – иди в дом и

продезинфицируй рану, – поднимается на ноги, отходит в сторону, нервно сбрасывая с

себя одежду, и идет к озеру. Невольно любуюсь его обнаженным накаченным торсом.

Какая красивая фигура у этого мужчины. Продолжаю сидеть на песке, пока его силуэт не исчезает в воде.