Капкан

– Ведь причина вашего участия в благотворительности не в наличие свободных средств или в том, что ваша жена росла в детдоме,– неожиданно для себя самой выпаливаю я.

Вовремя сообразив, что сморозила что-то не то, я быстро произношу, – извините меня за неуместный вопрос, – смотрю на него. Плечи поникли, взгляд потух, улыбка исчезла. Мысленно ругаю себя, зачем я ляпнула про его жену.

– Да, – с грустью произносит он и тяжело вздыхает.

Я не знаю что произошло, но мое сердце болезненно сжимается только от печального взгляда Петровича.

– Как-нибудь я тебе расскажу, дочка, – дарит мне вымученную улыбку и оставляет наедине со своими мыслями. Через пару минут ко мне присоединяется Ира, а это означает только одно – ее друзья ушли. Так и есть, с тоской смотрю на опустевший столик.

***

Сегодня я нервничаю как никогда, а все потому, что не знаю какую отговорку придумать для Сережи. Четыре дня мне удавалось ускользнуть, обмануть, сократить наше общение до минимума. Но сегодня, перед тем, как забрать Лиину, он четко дал понять, что

разговора и его общества мне не избежать.

Естественно для него не осталось

незамеченным изменения в моем поведении. На его вопросы «Что-то случилось? Мне

кажется, или ты меня игнорируешь?» я соврала, что все в порядке. Боже, дай мне сил. Я знаю, если он сам сегодня не признается, то это сделаю я. Невыносимо, зная правду,

строить из себя дурочку. Захожу на кухню, чтобы оставить заказ. Следом за мной заходит одна из официанток и говорит, что Петрович просил меня зайти, как только освобожусь.

– Хорошо, – забираю заказ и иду к своим клиентам.

За соседним столиком замечаю Марка и его подружку. Если честно, мне было проще,

когда у нас была война. А видеть доброго и заботливого Марка в обществе другой

девушки мне неприятно. Сама себя не понимаю и злюсь, но ничего с этим поделать не

могу. На ходу приветствую знакомых, и все оставшееся время мы снова устраиваем с Марком зрительную атаку. Это длится все последние дни.

Если раньше мы смотрели друг на друга украдкой, то сейчас каждый из нас, не стесняясь, разглядывает другого. Как обычно, провожаю взглядом Марка до входной двери, а он на последок смотрит на меня чуть дольше положенного и уходит. К концу дня иду в кабинет Петровича. Он сидит за столом и рассматривает фото. Заметив меня, ставит рамку на стол.

– Вы просили меня зайти.

– Да-да, – рукой указывает на стул, – сегодня я еду в детский дом.