Я знаю вашу тайну

Главное уже было сказано – и это не несло в себе ничего приятного.

Агнесса хмурилась. Тимофей скрестил руки на столе и подался вперёд, вслушиваясь в слова диктора.

А тот продолжал:

– Напоминаем: около месяца назад трое студентов подверглись ритуальному нападению неизвестного происхождения. Свидетелем убийства одного из потерпевших, стала Агата Быстрова – оборотень из стаи Белых волков.

Дальше следовала нарезка из кадров архивной хроники, и моя личность ещё пару раз промелькнула на экране наравне с двумя другими участниками тех событий.

Зачем я смотрела на экран? Снова всё всплыло: ощущения, горечь, непонимание, недоверие и вязкость осознания произошедшего.

– О Великая Мать всех волков! – выдохнула я. – Появился новый фигурант дела – некий фонд. Это интересно…

Я произнесла вслух свои мысли, и ужас стал отступать. Ко мне возвращалось ощущение реальности.

Диктор, после слов: «А теперь к другим новостям», заговорил о приближающемся празднике волков – «Оборот», то и дело, передавая слово репортёрам на местах.

Праздник был и моим тоже, но мне вдруг стало не до чудесного дня, потому что позвонил следователь Лихой, который вёл дело Моргулина-младшего. Мужчина напросился в гости на завтра для дополнительной дачи разъяснений.

Такое ощущение, что он специально ждал репортажа, чтобы не вводить меня в курс дела, а опустив объяснения, просто допросить.

– Ну, что он сказал? – Агнесса не пыталась сдерживать волнение в голосе, который дрожал, точно хрупкий лист на ветру.

– Завтра явиться.

– Как назло мне нужно ехать. Хочешь, я смотаюсь, поселюсь и вернусь?

– Нет, подруга. Езжай себе спокойно.

– Я могу составить компанию тебе, Агата, – оживился Тим, и по его взгляду стало понятно, что спорить с парнем бесполезно.

– Спасибо.

С Тимофеем мы знакомы лет семь, или около того. Можно так выразиться: он из нашей тусовки. Приятельские отношения между мной и Тимофеем также естественны, как дышать – всё очень стабильно и нормально.

Год назад Тимофей неожиданно уехал к родственникам и остался у них. Мы изредка перезванивались, потому что большую часть времени он был вне доступа. Мы с девчонками полагали, что у него проблемы какие-то, потому не настаивали на общении – пусть решает и возвращается. И вот Тим вернулся, а я потеряла душевный покой.

Впрочем, не только это заставляло моё сердце заполнятся смятением.