Оbearнись

Сколь веревочке ни виться, но придется переваливать через очередную сопку, это вопрос времени, тем более русло незаметно стало поворачивать направо, а мне нужно было налево.

Приметив на склоне довольно приветливую проплешину, я стала взбираться, впервые за много часов ощущая прилив тепла и даже некоторую влагу под мышками. Но достигнув вершины, пожалела, что шла так быстро, потому что по мокрой спине загулял немилосердный северный ветер. Взору моему, как и прежде, открылась гряда сопок. А обернувшись, я с горечью обнаружила, что друг мой, хитрюга-лис, исчез, как и не было.

Вероятно, пошел домой. Я снова осталась одна.

Ручаться за точность расчетов возможности не было, но день так быстро стремился в вечер, а проходила я на свой собственный взгляд так мало, что это повергало в отчаянное уныние. Я все еще видела, пусть и вдалеке, верхушку с отвесной скалой, под которой провела первую и вторую ночи, и понимала, что отошла отнюдь не так далеко, как хотела. Не открывались моему взору и новые горизонты, например, долгожданное море, а силы покидали все быстрее.

Держалась я на голом упрямстве, поэтому с хребта сошла непростительно поздно: нужно было вновь нырять в долину, где наверняка была вода, и располагаться на ночевку.

Вопреки моему прогнозу, дождь за весь день шел трижды: резкий и безапелляционный, пусть и весьма непродолжительный. Лило в общей сложности около часа, все это время я старалась провести в укрытии, и вымокла незначительно, хоть и потеряла возможность пройти лишние четыре-пять километров.

Зато я ни разу толком не продрогла, да к тому же постоянно подогревалась чаем, а по пути набрала три вышеозначенных ингредиента для завтрашнего витаминного сбора.

Это единственное, что меня радовало, потому что спуск со склона оказался куда труднее, чем рисовал взор, а ночь ложилась на сопки все плотнее, как шаль, наброшенная на остренькие женские плечи. В какой-то момент на небольшой площадке, две части которой составляли отвесные скалы, а третью преграждал неслабый валун, оставшаяся же продолжалась сыпучим спуском, я поняла, что ночевать мне, по всей видимости, придется именно здесь, подсобрав по склону сушняка на растопку, потому что дальше он, склон бишь, состоял из мелких камней до самого низа, а до шумящего лиственницами распадка было не менее часа пути.

Еще какое-то время потребуется на организацию стоянки. И это все в темноте, ведь тучи так и не разошлись.