Сукины дети – 3. Круги на воде

– Весь мир – театр, – хладнокровно пожал плечами Алекс и принялся читать дальше. – В Уральской области объявился шатун.

– Это медведь такой? – наивно спросил я.

– Шатун – это маньяк такой, – тихо пояснила Антигона. От веселья в её зелёных глазах не осталось и следа. – Потому что шатается где ни попадя, и мочит всех подряд.

– Шатуна застрелил фермер Селиванов, из своего фамильного дробовика, – читал Алекс. – Маньяк забрался к нему в курятник, погреться. Холодно нынче на Урале, по ночам снежок сыплет.

Фермер Селиванов принял маньяка за хорька, который второй год невозбранно душил его лучших несушек. И пристрелил. Испугался, вызвал полицию, которая и опознала в хорьке страшного шатуна, за которым на тот момент числилось семнадцать убийств… Фермеру вручили премию в виде новенького молокодоильного аппарата. Аппарат замечателен тем, что во время дойки играет Штрауса и сам чешет коровам спину, от чего удои необыкновенно растут.

– Об этом тоже в газете написано? – осторожно спросил я.

– А то как же, – кивнул шеф. – Вот, ещё послушайте…

В этот момент раздался звон разбитого стекла и в кухню влетел бумажный пакет. Плюхнувшись на стол, он взорвался, извергая мелкую коричневатую пыльцу.

По привычке затаив дыхание, я схватил Антигону и швырнул её в направлении двери. Сам развернулся к Алексу, готовясь проделать ту же процедуру с шефом.

Я испугался. Вспомнил газовые атаки в Сирии, когда террористы подбрасывали баллоны с зарином… Понятно, что газ в пакете не удержишь, но сработал рефлекс.

Это вполне могут быть бациллы сибирской язвы, или ещё какая дрянь.

– Вы успели вдохнуть, шеф? – я всё пытался сковырнуть его из кресла, подхватить на плечо и вытащить из зараженного помещения. – Надо звонить Котову, пусть высылает неотложку.

– Сашхен, это чеснок.

– Тесты сделают быстро. Можно будет задушить симптомы в зародыше… Чего?

– Это чеснок, мон шер. Чувствуешь запах?

Антигона, к счастью, не пострадавшая от моего броска, макнула палец в коричневатую пыльцу и лизнула подушечку.

– Ну да, – подтвердила она. – Сушеный чеснок с солью. Приправа "Вайна", двадцать копеек за пакет. Адиёты, – обругала она незадачливых террористов. – Это ж сколько приправы извели! Пылесось теперь…

Я посмотрел на шефа. Утренний халат его был весь обсыпан пыльцой, так же как и могучая курчавая грудь, и волосы на голове.

– Сколько ещё это будет продолжаться, а?

Нет, я вовсе не против хорошей драки.