Сукины дети – 3. Круги на воде

Сукины дети – 3. Круги на воде

Татьяна и Дмитрий Зимины

Сукины дети #3

Московские гастроли удались на славу.Алекс познакомил меня с изнанкой городской жизни, заставил драться в Гексагоне. Там я впервые убил не-человека… И почти лишился не-жизни.Но с другой стороны: у меня открылись новые способности!Мы с Алексом распутали преступление и раскрыли заговор в Совете.Возвращаясь в Петербург, мы с шефом рассчитывали на небольшую передышку. Просто побродить по родному городу, поводить экскурсии…Но оказалось, очень многие хотят увидеть кровь мага, который рождается раз в тысячу лет.

Татьяна и Дмитрий Зимины

Сукины дети – 3. Круги на воде

Глава 1

На кладбище было тихо. Зыбкий, как призрачный туман рассвет едва окрасил небесную кромку в цвет брюха снулого лосося.

К моим ногам неслышно упал кленовый лист, охристо-желтый из-за первых заморозков. Узорчатый край его неспешно поедал толстый зелёный червяк.

Пахло прелью, осенними сумерками и разрытой могилой.

Положив букетик багровых осенних астр к каменному изголовью, я ещё раз перечёл надпись.

"Стрельников Александр Николаевич. Одна тысяча девятьсот девяносто пятый, Две тысячи…"

И больше ничего. Только пустая, приятная на ощупь шероховатость серого базальта.

Впрочем, если бы меня спросили, какую эпитафию я хотел бы видеть на своём надгробии, я бы затруднился.

Наплюй, – советовал Алекс. – Я вот тоже долго не знал, что бы такого написать на своей могиле. К счастью, обошлось без меня – люди добрые постарались…

Отвернувшись, я неспешно побрёл по узкой тропинке.

Хорошо, что Алекс похоронил меня именно здесь, под присмотром у Гиллеля, – думал я. – Можно приходить, издалека любоваться на Мириам… Близко я к своей бывшей девушке не подходил. Боялся.

Успел уклониться только потому, что было необычайно тихо, и любой посторонний шорох в неподвижном воздухе был прекрасно слышен.

Отступив в сторону, я вынул из воздуха метательный нож. Осмотрел лезвие. Так и есть: смесь чесночной эссенции и нитрата серебра. Если бы на моём месте был банальный упырь, одна эманация этой взрывной смеси свалила бы его в жутких корчах.

Усмехнувшись, я высунул язык и демонстративно слизнул с лезвия пахучую каплю. Язык обожгло – словно я прижался данным органом к раскалённой сковороде. Разумеется, виду я не показал.