Ювенотерапия

Но в этот раз злость во мне смешалась со страхом, и уже в самолете, когда мы оторвались от взлетной полосы, меня прорвало:

– Чушь это все собачья! Какого черта, Денис?

– Ты о чем?

– О том, что мне обязательно нужно ехать. Я —посредственность, и ты прекрасно это знаешь.

– Ничего я не знаю. Но да, тут ты не потому, что мне нужен переводчик.

– А почему тогда?

– Ты мне понравилась.

– А попроще способа рассказать мне об этом ты не нашел?

– Я не ищу легких путей, Таня, – усмехнулся Денис.

– Легких путей он не ищет… А другим-то почему трудности создаешь? Ты хоть понимаешь, что я эти две ночи практически не спала? Я зубрила все, что ты прислал!

– Правда?

– Естественно! Я же пытаюсь быть профессионалом!

– Прости, – впервые на его лице я увидела подобие виноватого выражения. Вдруг задумается теперь над тем, как его прихоти отражаются на людях?

– Ничего, – как можно равнодушнее бросила я, – Давид просто выставит тебе еще один счет.

О да. Я всерьез задумалась над тем, чтобы по возвращении попросить об этом Давида.

– Если серьезно, ты можешь поспать. Я тебя не потревожу.

– Я не смогу уснуть – мне кажется, что все забуду. А если даже и усну, мне будут сниться кошмары про то, как я все забыла и позорюсь.

Это нервное, еще с универа. И не только это.

– В туалет когда можно будет? – свое нетерпение скрыть я даже не пытаюсь.

– Наберем высоту, разрешат отстегнуться.

Чертовы самолеты. Я же еще и летать боюсь.

– Ты постарайся расслабиться…

– Не могу я расслабиться —через несколько часов мне придется быстро обрабатывать информацию на одном языке и сразу вливать ее тебе в ухо на другом!

– Зачем?

– А как, ты думал, шушутаж устроен? Я ни разу не пробовала так переводить!

– Таня, расслабься. Я с детства говорю на трех языках. Тебе переводить не придется.

Что? Серьезно?

– Тогда какого черта весь этот цирк? Одни проблемы от тебя, ненормальный!

– Ты не забывай, я сейчас твой работодатель вроде как.

– Сейчас ты террорист, который держит меня в заложниках и надеется на стокгольмский синдром.

Денис расхохотался, а я заметила, что красный огонек погас, и отстегнула ремень.

– Но тебе не повезло: у меня другой синдром, и если прямо сейчас я не добегу до туалета, тебя ждет разочарование попрозаичнее.