Рассказы. Сны

Она словно ржавчина покрывает стены, потолок, пол. От ее касание гаснут свечи, лопаются электрические лампочки.

Запинаюсь. Падаю на колени. Разбиваю ногу в кровь. Задыхаюсь от слез. Пытаюсь вновь встать на ноги. Кровь смешана с грязью. Делаю шаг и вновь падаю. Нога болит. Видимо подвернула.

Оглядываюсь на приближающуюся тьму. Вглядываюсь в ее глубь. Слезы, словно смывают грязь с моего лица, текут непрекращающимся ручьем. А может уже ливнем. Говорят, глядя в глаза смерти – вспоминаешь свою прошлую жизнь. Нет, не правда.

Вот уже темные лапы чудовища, тянулся ко мне. Я смотрю на происходящее, словно меня уже это не касается, когда ко мне подбегает Мося и шипит. Его шерсть вздыбилась. Глаза сузились. Я вздрогнула, понимая, что тьма отпрянула и издала звук, похожий на рев. Мося обнажил когти и зашипел сильнее. Вытянулся и пошел на врага боком, рисуя узоры рыжим хвостом. Тьма зашипела и стала отступать. Я поднялась на ноги и, опираясь рукой о стену, побрела искать комнату, чтобы спрятаться.

Комната нашлась быстро. За первым же поворотом, мы обнаружили приоткрытую дверь и юркнули внутрь. Дверь я закрыла на засов и обернулась.

Мося, свернувшись калачиком, уснул на диване. Я прошлась по комнате вдоль. Стены в светлых обоях. Пол покрывает разноцветный ковер, узорчатый, но я никак не могу разглядеть узоры, словно они двигаются, изменяются. В углу стоит тумбочка, с лежащим на ней журналом. У стены диван, где и уснул мой любимый кот.

Я взяла журнал в руки и пролистала, чтобы отвлечься. Различные знаменитые личности. Красивые, модные платья, костюмы, дорогой парфюм. Я бросила журнал на место и легла на диван. Мося проснулся, потянулся лапки. Заурчал. Я улыбнулась, так это урчание мне напомнило родной дом. Он встал со своего места и подошел ближе. Потерся о мою руку, а потом лег рядом и, урча, заснул.

***

– Проснись… Таня, мне надо тебе кое-что сказать… – сквозь сон я слышала уже ставший знакомым детский голос, – Очнись… Таня, очнись.

Я приоткрыла глаза и посмотрела на сидящую возле меня девочку. Сейчас она была чистая и милая. Никаких кровоподтеков, ссадин или синяков. Оказалось, что у нее большие красивые глаза цвета полуденного неба.

– Послушай, ты должна… – девочка оглянулась на дверь и с испугом вздрогнула. – Они все злые… Все. Я уже здесь пять лет. И поняла, что сбежать мне уже нельзя…

Ее голос задрожал и девочка замолчала.