Приключения Мики и его друзей. Или восьмигранные истории

Мика перестал прыгать и сел, ухватив себя за пальцы ног. И приготовился внимательно слушать.

– Неси свой альбом для рисования. Будем делать кляксы-шмяксы.

Мика достал альбом.

– Вот.

– Чистый лист, сударь! – театрально произнес эльф.

Мика пролистал корову, жующую ромашку, гоночную машину, осенний дождь и соседского Барбоса, сидящего у конуры.

– Та-ак… – Тима совершал подсчеты, замеряя что-то своими крошечными лунными пальчиками. – Так, примерно три-четыре кляксы на один листок достаточно. Держи.

Мика наляпал ровно три жирные кляксы и одну случайную мини-кляксочку, стараясь разместить их похудожественнее, как ему казалось, подражая эльфийским подсчетам.

– Неплохая композиция получилась. Так учитель рисования обычно говорит. И что теперь будет? Они оживут?

– Нет. Теперь дорисуй их.

– У меня получаются только монстры.

– Вот именно! У Волшебника весь шкаф в прихожей забит твоими монстрами. Каратун уже устал их отлавливать.

– Неправда, я только сейчас их нарисовал, а до этого – смотри: корова, Барбос.

– А твои мысли и страхи?

– Я отважный исследователь и путешественник! Мне папа в субботу даже налобный фонарик подарил. Я его светом подкроватного монстра прогоняю. Фух – и никого!

– Да-да, твой подкроватный монстр уже третий день сидит напуганный в шкафу Волшебника, в самом уголочке, даже ловить не пришлось.

– Тогда… – хорохорился Мика. – Тогда я нарисую своего помощника! Дай-ка мне еще кляксочку. Вот щит, вот меч. Вперед!

– Ой, смотри! – взвизгнул Тима.

Перо выпрыгнуло и само нарисовало кляксу, похожую на маленькую девочку. Она ожила и звонко проговорила тоненьким голоском:

– Ребята, вас вызывает Волшебник. Мика, твой сундук укусил его за правую пятку и рычит.

– Какой такой сундук? У меня нет никаких кусачих сундуков. Даже соседский Барбос добрый.

– Сундук накопленной агрессии. Ой-ой! Он еще зубами клацает.

– Нет у меня никакого сундука, я же самый добрый мальчик на свете. Сами что-то себе напридумывали – сами и разбирайтесь.

– Брату обидные слова говорил? Говорил. На маму вчера сердился? Сердился. Монстров вон полный шкаф. Надо исправлять.

Мика виновато опустил голову.

– Понял, понял… Ну, рассердился один маленький разочек, чуть-чуть.

– Моя летающая лодочка ждет нас. – Тима, как услужливый швейцар, открыл окошко, где их ждал лунный транспорт.

И вновь знакомый маршрут по облачным долинам. Перекресток звездной пыли и сиреневого облака.