Чертовски хорошо

Казалось, время остановилось в этом месте, и горожане медленно прогуливались по узким дорожкам наслаждаясь погодой. Никто не спешил или кричал, а главное: никто не обращал внимания на худенькую, заплаканную девушку, бредущую им навстречу.

Она присела на скамейку и вгляделась в зеркальную гладь воды. Постепенно дрожь в теле утихла, но теперь на смену гневу пришла грусть.

«Дурочка. – ругала себя Кара. – На что ты рассчитывала? Смирись… Признай, что в лучшем случае ты вернёшься домой к матери полной неудачницей.

Ты не смогла добиться ничего стоящего в течение пяти лет. С чего ты решила, что сейчас тебе улыбнётся удача?».

Предательские слёзы снова покатились по раскрасневшимся щекам, и она наспех вытерла их рукавом платья.

«Не смей больше реветь! Возьми себя в руки!».

Упрямо выставив подбородок, она сделала несколько глубоких вдохов, отчего помутнение в голове не прошло, а только усилилось.

Усталость накатила неожиданно. Тело показалось непомерно тяжёлым и девушке пришлось откинуться на спинку скамьи.

Однако как только она это сделала – всё поплыло перед глазами. Сначала немного, под стать ряби на воде, но вскоре целый мир закружился как в водовороте, а затем… темнота. Беспроглядная, холодная тьма. Ни звуков, ни запахов, только мрак и холод.

***

Трудно было сказать, как долго девушка провела в беспамятстве. Первое что она почувствовала – это тепло. Приятное, обволакивающее, словно в середине лета. Затем запах.

Благоухание полевых цветов, напоминающее о доме и детстве. И наконец – ощущение струящейся между пальцев, мягкой словно шелк, материи.

«Если я умерла, то загробная жизнь намного приятнее чем я думала».

Тут воспоминания о том что случилось до её забвения, нахлынули леденящей волной, и девушка метнулась вверх. Глаза не сразу привыкли к свету и она щурясь пыталась понять, что происходит.

Судя по всему, она была очень даже жива и здорова, да и к тому же, сидела на мягкой кровати, обрамленной резными столбиками, в богато обставленной комнате, недоверчиво озираясь по сторонам.

Всё находящееся здесь было явно подобрано со вкусом. Стены нежно-голубого цвета и светлая мебель, казалось, успокоили бы даже льва. Туалетный столик стоял прямо напротив девушки, и солнечный свет отскакивая от зеркала расходился по всему помещению, освещая мелкие пылинки в воздухе, тем самым придавая спальной немного сказочный характер.