Только для посвященных

Тому даже нравились отчаянные потуги жертвы.

– Джеки, подержи ей руки. Вертится, сука, не могу платье задрать.

Глеб замер в проеме двери, привалившись к косяку, с любопытством наблюдая за происходящим. Сначала было весело, – в какой-то момент ему померещилось, что герои стали ярче и контрастнее, как в рисованном мультфильме. Сплелись в странный живой клубок, который подпрыгивал, вибрировал и перекатывался из стороны в сторону. А потом нахлынуло возбуждение.

У Лиды была очень красивая грудь. Сексуально колыхалась в такт движениям Макса.

Глеб приблизился и положил пальцы на светло-коричневый сосок. Он был теплый и влажный. Парень встал на колени и прикоснулся губами к торчащему комочку плоти. Наверное, в эротическом порыве Глеб отключился на какое-то время. Ибо когда оторвался от груди, Макс уже застегивал брюки, а Лида лежала без движения с широко раздвинутыми ногами и даже не пыталась прикрыться. Глядела в потолок, не моргая, словно поломанная кукла.

– Надеюсь, ты пользовался резиной, – Лиза зашла в спальню и критически покачала головой.

– Обижаешь, – Макс устало улыбнулся и махнул рукой. – Мы тут малость насвинячили.

– Я вижу. Дайте девчонку проверю.

Она деловито осмотрела лежащую в прострации девушку.

– Отлично, ни синяков, ни крови. Пуговицы на кофточке только порвали. Ну, это я пришью. Сейчас ее помоем, причешем, дадим ей выпить и отправим домой. Подаст заяву в милицию – обломается. Ничего не докажет. Следов насилия нет. У Макса алиби, – мы с ним весь вечер сидели у меня дома, готовились к лабораторной работе по химии.

Вы двое были вместе. Скажем, бегали кросс. Вы ж у нас спортсмены.

Глеб улыбался своим мыслям, пребывая где-то далеко. Давно он так не напивался. Лиза больно толкнула его в бок:

– Хватит скалить зубы, помоги дотащить ее до ванной! А ты, – она повернулась к Джеку, – протри салфеткой все, к чему она прикасалась, и полы вымой.

В милицию Лидочка Сомова не заявила. В школе ее больше не видели. Ходили разные сплетни, но никто ничего толком не знал.

Какое-то время Глеб испытывал чувство вины, но закон круга утешал. В конце концов, нужно было помочь товарищу. Раз пообещал – слово не нарушишь. А девчонка… Неприятно, конечно. Но убыло с нее, что ли? Поплакала да забыла.

Дружба четверых меж тем только крепла. Все понимали: справляться с проблемами в одиночку куда сложнее. А когда за спиной надежные друзья – становишься практически неуязвим.

Глеб с трудом оторвался от воспоминаний. Надо заехать навестить брата.