Только для посвященных

После вернулся, подобрал с асфальта то, что осталось от телефона, и сунул в карман. Незачем оставлять улики…

Кислорода не хватало, от напряжения мышцы свело судорогой. Глеб понял, что, если не прекратит издевательский заплыв – попросту утонет. Развернулся и медленно поплыл к берегу.

Он должен был поступить так, как поступил. И дело даже не в этом ублюдочном правиле круга. Глеб помог бы Максу в любом случае, потому что был ему обязан. С долгами надо рассчитываться, как бы дурно расплата ни пахла. А с муками совести он постарается сладить.

Жизнь брата перевешивает любой дискомфорт. Нужно об этом помнить.

Когда он вылез из воды, заклацал зубами. Пронизывающий ветер кусал мокрое тело. Глеб поскользнулся на илистом берегу, упал, выругался, снова поскользнулся. Выбрался на травянистый склон, где оставил одежду. Натянул брюки и футболку. В машине включил обогреватель на максимум – никак не получалось согреться. Долго собирался с силами, чтобы повернуть ключ зажигания. Двадцатиминутный путь домой показался ему изматывающим, растянувшимся на долгие годы путешествием.

Припарковался на стоянке, на автомате поднялся в квартиру.

– Где ты был? Уже так поздно, я тебе звонила, а твой телефон отключен, – Галя запнулась. Муж едва стоял на ногах, лицо бледное, взгляд отсутствующий. – Что случилось?

Кинулась к Глебу, чтобы помочь ему добраться до комнаты, но тот отрицательно мотнул головой и, шатаясь, побрел в ванную. Галя последовала за ним.

Глеб стянул с себя грязную одежду. Включил горячий душ, уселся в ванне, обняв колени и уронив на них голову.

Несколько минут Галя молча наблюдала за мужем, затем в замешательстве приблизилась. Протянула руку, чтобы погладить его по спине, но тут же отдернула, ошпарившись обжигающими струями.

– Ты с ума сошел? Свариться хочешь? – она открыла вентиль с холодной водой. – Да что с тобой такое? Что произошло, родной?

– Пойдем спать, – Глеб поднялся на нетвердые ноги.

– Но…

– Завтра. Поговорим завтра.

Он долго лежал с закрытыми глазами, притворяясь, что заснул.

Видеть беспокойный взгляд жены было невыносимо. Он понимал ее тревогу, но в этот момент был не способен на утешения. Черт, поскорее бы отключиться. Глеб заставлял себя расслабиться, пытался представлять пустоту, тугую и обволакивающую, но сон никак не приходил. Зато пришли воспоминания.

После суда по делу о наезде на пешехода Глеб не сдержался, отправился в больницу. В палате, где лежал сбитый Джеком паренек, яблоку негде было упасть.