Амнезия души

Статуя прозрачна и неподвижна, и лишь тусклые отблески разноцветных гирлянд плавно струятся по ее безжизненной коже, создавая иллюзию жизни. И кажется даже, что слезы медленно капают из ледяных, широко распахнутых глаз. Ты замираешь в трепетном предчувствии: неужели? Но нет, волшебства не бывает. Это всего лишь дорожка инея, оставленная ночными заморозками.

Джек неискренне изобразил сочувствие – у «пациентки» напрочь пропала охота откровенничать. У нее и так с самого утра настроение никудышное, а теперь стало совсем тошно.

По внутренней линии позвонили. Джек поднял трубку.

– Иван Сергеевич, вас ждет клиент по записи, – сказала секретарь.

– Хорошо, я сообщу, когда его пригласить.

Лиза встала с кресла:

– Конь копытом бьет, удила грызет? Ладно, не буду тебя отвлекать, хотя очень хочется.

– Елизавета, мы можем встретиться завтра или в любой другой день – когда тебе удобно, – чтобы поговорить о том, что тебя тревожит.

– Меня ничего не тревожит, Ванюша, – Лиза подалась вперед, звонко чмокнула его в щеку.

 – Петушок напился, и проскочило зернышко.

– Какое зернышко, Елизавета? – Джек почувствовал себя идиотом.

– Которое комом в горле стояло, – весело ответила она и выпорхнула из кабинета.

Едва за ней закрылась дверь, снова зазвонил телефон, на этот раз мобильный.

– Старик, собираемся сегодня. Все, кроме Глеба. Позже объясню почему, – голос Макса звенел от напряжения. – Кое-что случилось.

Глава 6

А случилось следующее. Утром Макс вышел из дома, намереваясь потаксовать – последние дни заработать почти не удавалось.

Сел за руль, завел двигатель и плавно тронулся с места. Едва выехал из двора, увидел голосующего мужика. Вот так удача. Притормозил, опустил окно.

– Куда?

– Недалеко, пятихатку плачу.

– Садись! – Макс кивнул на переднее сиденье, но мужчина предпочел расположиться на заднем.

– Адрес уточни, – попросил Гладко, нажимая на газ.

– Сейчас прямо. Когда завернуть, скажу, – сердито бросил пассажир и уставился в окно, не намереваясь поддерживать разговор.

– Лады, – хмыкнул Макс, мельком глянув на хмурого типа в зеркало заднего вида. Лицо у того было квадратное и непроницаемое, лишенное эмоций.

Они миновали три перекрестка, затем свернули на проспект.

– На втором светофоре направо, – отрывисто сообщил пассажир.

Не то чтобы Макс жаждал общения, но так и подмывало спросить у неразговорчивого пассажира, чем тот зарабатывает на жизнь. С таким выражением лица только людей убивать.