Гроза над морем

А он никак не отвечал им, то и дело проваливался в забытье, а когда ясность возвращалась в сознание, все равно не было ни сил, ни возможности пошевелиться.

Вдруг сквозь мутную пелену, затянувшую разум, прорвался голос Марты. Слов нельзя было разобрать, но в нем слышались неподдельные страх и мольба. Ей никто не ответил, а спустя несколько секунд она закричала. Этот короткий, но пронзительный вскрик снова заставил что-то внутри натянуться и дрогнуть звенящей струной. Капитан попытался оттянуть руками веревки, но только крепче завязал самозатягивающиеся морские узлы и в бессильной досаде от души выругался.

Ненадолго наступила тишина, но потом снизу, из трюма, снова послышался умоляющий крик. Янис крепко закусил губу и про себя обратился к светлейшим с одной лишь просьбой: чтобы девушка осталась жива и невредима.

Марта, прижавшись спиной к стене и закрыв себе рот руками, беззвучно молилась – больше она ничего не могла сделать. Стоило хотя бы шагнуть вперед, рыжеволосый силач легко отбрасывал ее прочь и крепко держал за плечи, не позволяя ни уйти, ни отвернуться.

Дэниэл стоял в центре тесного неровного круга, хмуро разглядывая носки своих порванных башмаков.

– Не прикидывайся немым или глухим, – квартирмейстер, дюжий моряк с кривым шрамом через пол-лица, поддел подбородок мальчишки ножом и заглянул ему в лицо. – Конечно, Одноглазый Джек или Тоби научат тебя говорить, но сомневаюсь, что тебе понравятся их методы.

Что в записке?

– Я не знаю, – тихо сказал юноша. Это было чистой правдой, но тяжелый кулак прилетел в челюсть, удар обжег лицо. Его голова дернулась назад и вбок, он пошатнулся, но устоял на ногах.

– Тогда какого черта так бережно ее хранишь? Неужто любовное послание? От нее?

Разбойники шумно захохотали, оглянувшись на девушку. Игра начинала их забавлять.

– На мертвом языке не пишут письма, – квартирмейстер, как лев, загнавший добычу, неторопливо обходил его кругом, и его тихий голос с рокотом грозы пробирал до мурашек.

 – На мертвом языке пишут шифры. А вот таким крестом, – он схватил его за шею и с силой ткнул носом в пожелтевшую бумагу, – отмечают клады. Так что это за карта, щенок?

– Я не знаю мертвого языка, – повторил Дэниэл, и следующий удар повалил его на палубу. Кровь из носа хлынула на белую рубашку, он вскрикнул и закрыл лицо руками.