Вещая птица (по)беды

Когда все закончится, я вернусь домой, запру дверь на два оборота ключа, законопачу окна, чтоб Пак не пробрался в какую-нибудь щелочку, наберу горячей воды в свою замечательную двести сорока пяти литровую (по ГОСТу) ванну и…

– Телохранитель может сопроводить вас, леди Сирин.

Жанка вынырнула, отфыркиваясь (пропадай укладка!):

– А тряпочку какую-нибудь помоднее на тело телохранителю отыщешь? Только, чур, прошлогоднюю коллекцию не предлагать!

Ну хоть кто-то удовольствие от всего этого балагана получает – многодетная мать Арбузова.

Я завернулась в махровую простыню и проковыляла к мягкому глубокому креслу, стоящему у камина. Помещение, где меня приводили в порядок, ванной не было – скорее какой-то смесью гардеробной и будуара. Комната была полукруглой, с бессистемно расставленной мебелью. Окно закрывала плотная золотистая драпировка, зеркало, украшающее глухую стену, подсвечивалось яркими лампами, дальше стоял туалетный столик, кушетка, еще одна кушетка.

Феечка хлопнула в ладоши, с десяток хорошеньких девушек вошли в двери, поклонившись нам с Жанкой.

Подруга, успевшая натянуть махровый халат и сейчас энергично пытающаяся высушить волосы полотенцем, солидно поклонилась в ответ.

– Мы не можем много колдовать в вашем мире, – как бы извиняясь, сказала наша опекунша. – Поэтому большинство бытовых проблем приходится решать с применением физической силы.

Она опять хлопнула в ладоши и девушки, легко приподняв обе ванны, вынесли их в коридор.

– Как ваше самочувствие, леди Сирин? Принц приказал сопроводить вас, как только вы сможете самостоятельно передвигаться.

Я прислушалась к себе. Все было замечательно. Впрочем, как и с Жанкой. Арбузова охала и ахала перед зеркалом, распахнув на себе халат. Ее безобразные синяки сошли без следа.

– Как вас зовут?

Гаремная она там работница, или еще какая, это не повод быть невежливой.

– Бирюза, – девушка поклонилась.

Хорошенькая, черт! Наверное, каждый день к своему принцу в спальню ходит.

– О, Кузнецова, тут и фен есть! – Жанка времени не теряла, устроив блиц-обыск ящичков ближайшего комода.

– Я единственная в резиденции говорю на вашем языке, – напевно продолжала Бирюза. – Но, если леди пожелает, я позову других девушек в помощь.

– Меньше народа – больше кислорода, – Жанка включила фен.