Внучка бабы Яги

Так что, как говорит наш староста под третью чарку, здоровье дороже. Я сразу повеселела.

Протиснувшись гуськом на укатанную общую дорогу, мы пошли рядом. Не сговариваясь, повернули направо – к реке. Барон бросал на меня косые взгляды и начинать непринужденную беседу не торопился.

– А она, говорят, совсем дурочка была… – начала я.

– Кто?

– Да Снегурка наша. Знаешь, на другом краю бирюк живет, то ли Роман, то ли Богдан – сейчас не упомню…

Зигфрид попытался поправить очки и покачал головой:

– Нет, не знаком.

– Ну так вот… – продолжила я. – Давно дело было, годков тридцать назад, как раз под конец освободительной войны. Ну, когда наш теперешний князь Стольный град брал, то есть освобождал из рук коварных узурпаторов…

Я села на любимого конька – страсть как люблю истории рассказывать. Зигфрид оказался слушателем благодарным: не перебивал, кивал в нужных местах, даже за локоток меня ухватил, чтоб ни словечка не упустить. А я разливалась соловьем:

– И к делу князюшка подошел с размахом – наемников нагнал видимо-невидимо.

И северные варвары были со своими шаманами, и восточные колдуны, и… Да кого только не было! Даже дюжину боевых големов на штурм пустил.

Тут барон так стиснул мою руку, что я вскрикнула:

– Полегче, я-то не из глины!

– Прости, – смутился студент. – Я вашу новейшую историю плохо знаю. Как же ему удалось такое разношерстное войско собрать, да еще и под стены привести?

Вопрос был скользкий, углубляться в него не хотелось, поэтому я ответила кратко:

– Вещуны Трехликого порталы навели.

Ты же знаешь, они мастера перемещений…

Зигфрид, видно, хотел еще что-то уточнить, да только я ему вопроса вставить не позволила, затарахтела, как глухарь на токовище:

– А дело было так. Возвращался в далекие жаркие страны докс Шамуил, чьи глиняные великаны сыграли решающую роль при штурме. Доксы считаются в народе людьми прижимистыми, чтоб не сказать – скаредными. Правда это или нет – судить не нам. Только Шамуил полностью народному мнению соответствовал.

Он благополучно развеял своих кукол сразу после победы – их транспортировка обошлась бы дороже, – получил с князя причитающуюся плату и, не торопясь, пешочком, опять же в целях экономии, двинулся в родные края. Путь его проходил через Мохнатовку. На ночлег остановился он в халупке нашего то ли Романа, то ли Богдана. Не, вспомнила – Мирон того деда звать. А чтоб денежку не тратить – заплатил за постой кусочком пергамента.

– С формулой? – ахнул студент.