Смертельное танго

И кожаный плащ он со временем себе купит, или даже не плащ, а ту самую, пахнущую свободой, дымом и еще чем-то там байкерскую куртку, и дорогую машину…

Когда дверца «Опеля» с грохотом распахнулась, задумавшийся Данила вздрогнул от неожиданности.

– Вот, зацени! – Рита плюхнулась рядом с ним на заднее сиденье, поймала руку, подтянула вверх рукав свитера, обнажая смуглое запястье. – Да не дергайся ты! – сказала строго. – Будем тест-драйв проводить, чтобы понять.

Флакончик был небольшой и незатейливый: прямоугольная форма, черное стекло, черная с позолотой наклейка.

– Сейчас-сейчас, Оборотень, – бормотала Рита, свинчивая с флакончика крышку. – Сейчас ты сам поймешь.

Он не понял. Внюхивался в щедро сбрызнутое парфюмом запястье, морщился от одуряюще резкого, ничего общего со свободой не имеющего запаха, и не понимал, как мог пойти на такую авантюру. Гадость гадостью. Мало того, гадость, которая стоит больше двух сотен баксов…

– Ну как? – спросила Рита, уткнувшись носом в его запястье.

Что он скажет? А что сказать, когда она предлагала выбрать вдвоем, а он отказался?! Сам виноват. Что уж теперь…

– Ну, ничего так… наверное. Неожиданно.

– Врешь! – усмехнулась Рита и, оттолкнув его руку, ящеркой юркнула на водительское место. – Сказал бы правду. Это не неожиданно, Оборотень, это резко и не слишком приятно.

Вот тебе номер! Сама же нахваливала ему свободу и драйв, а теперь что получается?

– Подожди, Оборотень.

– Кто раскроется? – пробормотал Данила, одергивая рукав свитера, чтобы хоть как-то заглушить запах.

– Аромат раскроется. Это же тебе не лосьон после бритья, который зимой и летом одним цветом. Это селектив! Просто подожди, пока он раскроется. Вы подружитесь, я думаю. – Она повернула ключ в замке зажигания, и «Опель» громко чихнул, наполняя салон выхлопными газами.

Они подружатся… Данила втянул ноздрями с детства знакомый и понятный запах машинного масла и старой резины. Ладно, подружатся так подружатся…

«Опель» резво мчался по вечернему городу, и задумавшийся Данила не сразу понял, что Рита везет его вовсе не к общаге.

– Куда мы едем? – вяло поинтересовался он, вглядываясь в проплывающие за окном желтые огни.

– Хочу показать тебя Алекс. – Рита чуть дернула рыжей головой. – Она просила.