Темная вода

– Ну, – спросил злым шепотом, – успокоилась?

Ей удалось только захрипеть с отчаянием пойманного зверя. Но он все понял, этот невесть откуда взявшийся посреди озера бородатый мужик. Он ослабил хватку, но когда Нина бросилась к сыну, мягко, но настойчиво ее придержал.

– Погоди, – рявкнул через плечо и перевернул Темку лицом вниз.

Ей хватило здравомыслия понять, что такое он делает с ее сыном. Здравомыслия хватило, а сил нет. К Темке и незнакомцу она ползла на коленях, и дно моторной лодки казалось ей бесконечным, как лента Мебиуса.

А потом она услышала кашель и громкий плач.

– Живой, только воды нахлебался, – сказал незнакомец и аккуратно положил Темку прямо перед ней.

Ее слез, наверное, хватило бы, чтобы это проклятое озеро вышло из берегов. Ее смешанной с ужасом ярости хватило бы, чтобы превратить его в кипящий котел, но сейчас она хотела только одного, она хотела быть со своим сыном.

Темка перестал плакать почти сразу, как оказался в ее объятьях. Теперь он протестующе мотал головой, не давая Нине себя осмотреть.

– Обалдеть… – послышалось над ухом. – Ты с ума сошла, тетя? Это ж надо додуматься – заплыть с ребенком так далеко посреди ночи!

Она не заплывала. Ей еще предстоит выяснить, как Темка оказался в воде. Но ни отчитываться, ни оправдываться перед этим косматым мужиком она не станет. Ей бы на берег. Им бы обоим на берег… А дальше она со всем разберется. Она привыкла со всем разбираться.

– Нате. – Он накинул ей на плечи свою куртку.

Куртки хватило, чтобы ее полами укрыть еще и дрожащего от холода Темку. Нину тоже трясло. Не то от холода, не то от пережитого. Нужно успокоиться. Как там говорил Яков? Было и быльем поросло? Поросло. Только не быльем, а водорослями. Все озеро, от дна до поверхности. Это ей раньше казалось, что вода чистая. Темная вода не может быть чистой.

А незнакомец завел мотор, и предрассветную тишину нарушил громкий рев. Лодка летела к берегу, вспарывая острым носом густой туман. В тумане этом у самого берега Нине почудилась длинная тень.

Тварь, что напала на ее сына, выбиралась из воды. Сначала на четырех лапах, а потом, кажется, на двух… К горлу подкатил колючий ком, Нина перевесилась через борт замершей у деревянного пирса лодки.

…Легче стало минут через пять. Но к ознобу теперь присоединилась невероятная слабость. Если бы не незнакомец, который придерживал одной рукой ее, а второй держал за руку Темку, Нина, наверное, потеряла бы сознание.