Деревенщина против мажора

Юбка до неприличия короткая, как любит говорить бабушка, «по самый сникерс». Черные босоножки на высоченном толстом каблуке сделали девушку на несколько сантиметров выше.

– Мой прикид на вечеринку. Скажи, круть? Сегодня Плато, друг Кеши, устраивает пати хард у себя дома. Папа меня отпустил.

– Он тебя точно в таком виде отпустил? – еще раз окинула ее взглядом.

Боевой раскрас на лице накинул девушке еще лет пять сверху. Зачем так себя уродовать? Этого Лида взять в толк не могла. Элоиза Гордеева и так очень красивая, яркая блондинка.

Ей не нужен боевой раскрас, чтобы произвести впечатление.

– Да он ничего не увидит. Я туда-обратно, вернусь до полуночи, как Золушка. Ну что, шик?

– Ты же знаешь, я не разбираюсь в моде, – ответила обтекаемо.

Не хватало еще поссориться с Лизой из-за разницы во вкусах. В конце концов, Борис Евгеньевич ее отпустил, значит, путь едет.

– Ничего, я тебя окультурю. Вот тока на вечеринке оторвусь! Пока, Лидок! О, за мной Наташка приехала…

Лиде осталось только проводить взглядом юное недоразумение, которое так старается как можно скорее повзрослеть.

Она уже видела таких в деревне, они тоже старались обтянуть, показать и подкрасить. Приходили на дискотеку, а дело заканчивалось в ближайших кустах с парнями понаглее. Там девочки быстро становились «взрослыми».

Оставалось надеяться, что тусовки золотой молодежи чем-то отличаются от сельской дискотеки.

В тот момент Лида и подумать не могла, как ошибается…

Глава 6. Большие детки – большие бедки

Часы на экране мобильника показывали половину третьего утра.

Снова не спалось. В комнате душно, Лида открыла окно и с наслаждением вдохнула прохладный ночной воздух, наполненный запахом сирени. Тишина. Здесь почти как в деревне, за месяцы в Москве она уже и забыла, что такое шелест листвы по ночам и тихое пение птиц. Сейчас как будто вернулась туда, к извилистой речке, к бабушке и дедушке. Жаль, что только мысленно.

Девушка удобно устроилась на широком подоконнике, спрятав босые ноги под подолом длинной ночной рубашки в розовый цветочек.

Тишина или уже нет?

Треск веток, едва слышный, как будто кто-то крадется по кустам. Лида встрепенулась и прислушалась. Не показалось ведь? Всхлипы, шелест пакета, снова всхлип и что-то похожее на плач. Не кажется.

Выглянула из окна, но летняя ночь уже опустилась на сад. Темно и нелепо босиком перелезать через подоконник. Глупо продираться сквозь ветки, царапая кожу на руках.

Но Лида не могла иначе: кто-то плачет.